Я заставила свои рыдания замедлиться, пока они не прекратились.

Глубокие, контролируемые вдохи. Голова поднята вверх. Напряженные мышцы. Этому приему я научилась, и за эти годы он не раз мне пригодился.

- Минутку, - сказала я, взяв себя в руки. Я оттолкнулась от пола и побрызгала водой на лицо, а затем поправила волосы и одежду.  Я открыла дверь, и мой позвоночник напрягся.

- В чем дело?

Если Элин и заметила покраснение вокруг моих глаз или носа, она об этом не сказала.

- Я видела, как мистер Ларсен ушел.

Мой подбородок дрогнул на долю секунды, прежде чем я сжала губы.

- Да.

- Итак, дело сделано. - Она посмотрела на меня изучающим взглядом.

Я ответила коротким кивком.

- Хорошо. Это правильно, Ваше Высочество, - сказала она гораздо более мягким тоном, чем я привыкла. - Вот увидите. Теперь. - Она вернулась к своей обычной бодрости. - Может, обсудим планы по предложению лорда Гольштейна?

- Конечно, - сказала я в пустоту. - Давайте пройдемся по планам предложения.

Глава 41

Глава 41

Риз

Мой первый глоток алкоголя обжигал горло. Второй тоже. Однако к тому времени, как я проглотил половину бутылки виски, жжение прекратилось и началось онемение, и это было лучшее, на что я мог надеяться.

За два дня, прошедших с тех пор, как Бриджит прекратила отношения, я потерял контроль. Полностью. Я не выходил из своего гостиничного номера с тех пор, как вернулся из больницы - отчасти потому, что мне некуда было идти, а отчасти потому, что я был совершенно не заинтересован в общении с папарацци. У меня было достаточно проблем и без обвинений в нападении.

Я поднес бутылку к губам, просматривая "The Daily Tea". Вчера Эдварда выписали из больницы, и теперь, когда королю больше не грозила смертельная опасность, пресса снова принялась за спекуляции обо мне и Бриджит.

Если бы они только знали.