Паника, какой я никогда не знала, скрутила мой позвоночник и захлестнула мою кровь.
Что-то случилось со Стеллой.
Он этого не говорил, но я это
— Этого не произойдет, — продолжил он. Его голос был резким от волнения и оттенка сожаления. — Только один из нас выберется отсюда живым, и это будешь не ты.
Я принял решение в одно мгновение.
— Вот тут ты ошибаешься. Я вышел из-за рамы автомобиля.
Кейдж вышел из своего укрытия и нацелил на меня пистолет, но я нажал на курок прежде, чем он успел выстрелить.
Выстрел эхом разнесся по пустой свалке, за ним последовали еще три выстрела.
Один в грудь, один в голову и по одному в каждую коленную чашечку на случай, если он выживет и по глупости решит продолжить бой.
Он пошатнулся, а затем рухнул на землю.
Я держал свой пистолет направленным на него, пока шел. Мягкий шелест травы сменился хрустом гравия, пока я не встал над ним.
Глаза пустые и широко открытые, рот приоткрыт. Кровь скапливалась под ним в растущую лужу и окрашивала землю в темно-красный цвет.
Мне не нужно было проверять его пульс, чтобы понять, что он мертв.
Десять лет вместе прошли за считанные минуты, и все потому, что он обиделся на меня за его выбор.
Я переступил через мертвое тело Каге и вернулся к своей машине.
У меня не было ни времени, ни возможностей для большей сентиментальности. Любой, кто предал меня, был мертв для меня в прямом и переносном смысле.
К тому времени, когда кто-нибудь, если вообще кто-нибудь, найдет Каге, его тело уже растерзают дикие звери.
Курц был единственным человеком, который мог быть проблемой, но он ни хрена не сказал бы. Мертвый Каге был для него бесполезен, и он не стал бы рисковать собственной шеей, чтобы указать полиции правильное направление.
Поскольку я был работодателем Каге, мне нужно было придумать хорошую историю, чтобы рассказать властям и остальной компании, но это не заняло много времени. Подробности я узнаю позже.