Тимур неопределенно качает головой, в этот момент возвращается Ромка, садится рядом со мной, положив руку на плечи, притягивает к себе и целует в висок.

— Ребята, я так рад, что сейчас здесь, — тут же начинает говорить. — Даже не думал, что так соскучился по нашим за это время.

Последний раз он приезжал полгода назад, а потом к нему ездила я, так что неудивительно, что он на таком кураже. Мне вот даже пока представить сложно, как бы я уехала отсюда, здесь семья, друзья, здесь вся моя жизнь. Раньше я связывала будущее с этим городом, но теперь не уверена в этом. Впрочем, обсудим это с Ромкой позже.

— Ребята, предлагаю не мелочиться, давайте выпьем текилы!

Я смеюсь, глядя на Рому, Тимур только качает головой.

— Мне на самолет завтра, — напоминает другу.

— Не переживай, успеешь ты на свой самолет. Я тебя лично отвезу в аэропорт.

— Главное, вместо него не улети, — смеюсь я.

Ромка снова убегает, Тимур смотрит в зал, отстукивая пальцами по столешнице. Непроизвольно перевожу на его руку взгляд: большая красивая ладонь с длинными пальцами. Мне кажется, моя ладошка просто утонет в его. Я в принципе девушка миниатюрная, а Тимур здоровяк. Даже Ромка рядом с ним выглядит мелким, хотя он вполне себе нормальной комплекции.

Тимур перестает стучать, я поднимаю глаза и понимаю: он видел, что я рассматривала его руки. Отчего-то краснею, благо, в полутемном баре это вряд ли заметно.

— Чем будешь заниматься после института, Милана? — спрашивает он вдруг, я растерянно пожимаю плечами.

— Пока еще не решила.

— Планируешь выйти замуж и рожать детей?

Звучит насмешливо. Странно, что не добавил: за Ромку. Ну да, типа отличный способ привязать его к себе? Мне это не нужно, я знаю, что Рома и так меня любит. Отношения на расстоянии просто так мало кто выдерживает, а мы справляемся целый год. Это что-то да значит.

Но Тимуру этого, конечно, не говорю.

— Я создаю подобное впечатление? — спрашиваю вместо этого.

Тимур пожимает плечами.

— В этом сарафане ты создаешь впечатление распутной девчонки без особого ума.

Я открываю рот в изумлении, пока Тимур невозмутимо делает глоток пива.

— Да как ты смеешь говорить такое, — выпаливаю наконец. Он усмехается.