— Ну пожалуйся на меня Ромке.

— Между прочим, я ничего тебе не сделала, чтобы ты так ко мне относился.

— Как? — он вздергивает бровь. — Как к распутной девице? Такого ты мне точно ничего не сделала.

Я вспыхиваю, отчетливо понимаю, что наш разговор принимает пошлый оттенок.

— Речь не об этом. Ты думаешь, я не замечаю твоих презрительных взглядов? Мне плевать, что я тебе не нравлюсь, ясно? Мы с Ромой любим друг друга, и свое мнение оставь при себе. И не порть этот вечер.

— А вот и текила, — Рома тащит поднос сам, на нем бутылка, нарезанный дольками лайм, соль, и несколько тарелок закуски. — У ребят столько заказов, проще было самому забрать, — говорит, садясь рядом со мной. — Ну что, вздрогнем?

Глава 3

Он разливает по стопкам. Мы чокаемся, я смотрю исподлобья на Тимура, он отвечает таким же взглядом. Надеюсь, мы поняли друг друга. Выпиваю терпкую жидкость, лайм, соль, и все равно по телу дрожь такая, что хочется потрясти всеми конечностями сразу. В отсутствии Ромки я почти не пью, если только изредка с Кариной, но если ему хочется повеселиться, конечно, составлю компанию.

Спустя пару рюмок напряжение начинает отпускать меня, а через четыре на Тимура уже становится просто плевать. Он сидит все такой же угрюмый, хотя изредка улыбается на шутки Ромки. Когда улыбается, даже на человека похож становится. Только меня не обманешь: уверена, улыбка Тимура Мираева не стоит ровным счетом ничего. Не надо на нее покупаться, с этой же улыбкой он проглотит тебя и пойдет дальше.

Опускаю лоб на ладони. Блин, по-пьяни тянет на какую-то литературщину. Что за мысли такие вообще? Да мне этот Тимур никто. Он не посмеет ничего сделать нам с Ромкой. А это главное. Так что и бояться я его не буду.

— Танцевать хочу, — поднимаю я голову. Ромка улыбается, снова чмокает в висок.

— Это мы сейчас организуем.

— Как организуешь? — хмыкает Тимур. — Клуб месяц назад закрыли из-за нарушения пожарной безопасности. Недобашляли ребята кому-то. Так что…

— Ну блин, Мили хочет танцевать, моя женщина хочет танцевать!

Ловлю взгляд Тимура, в котором явно читается: перехочет, — вздергиваю подбородок. Не тебе решать, Мираев. Он на это только презрительно кривит губы.

— Поехали в соседний город, там же тоже клуб. Возьмем такси, тут езды полчаса. Погнали-погнали, оторвемся в эту ночь на полную! Тим, ты завтра нахрен валишь, вообще непонятно, когда встретимся.

— Я же не в Америку уезжаю, — усмехается Тимур, доставая бумажник, — от Питера до Москвы восемьсот километров.

— Я плачу, — пьяно говорит Рома, выставляя руку вперед. Тимур только пожимает плечами. Рома, пошатываясь, пробирается к барной стойке, я сижу, глядя в столешницу, почему-то уверенная: у Тимура в голове ни одной хорошей мысли обо мне сейчас нет.