— Это случилось много веков назад. Как теперь выяснить, кто и зачем подправил нашу историю. Но он пытался исправить наше будущее, Тир.

Я пытался вспомнить текст пророчества, которое показала мне Ари, но в памяти всплывали только ее горящие глаза и сбивчивый шепот, что я не должен, не имею права отказаться от Истинной! Что моя помолвка с огненной принцессой спасет мир!

Но кто спасет меня?! Я не представляю своей жизни без Ари. И свою Истинную я не задумываясь променял на жизнь ведьмы.

— Что ты хочешь? — глухо спросил я дракона.

— Пробуди свою Истинную, мою дочь. Именно в ней скрыта сила к спасению всех нас! — уверенно проговорил Вегер, а Аника сделала шаг мне на встречу.

Но дорогу ей преградила Бланш:

— А вы уверены, что его Истинная — ваша дочь? — скептически спросила она Вегера.

Я видел как Король пытался одернуть Бланш, но его остановил ректор.

Дракон с усмешкой осмотрел принцессу магов:

— Уверен! В пророчестве точно говориться об огненной дочери. Тут не может быть иных трактований. Дочь у меня только одна.

— И метка на шее Ледяного появилась сразу после помолвки? — продолжала допытываться Бланш.

Я чуть не взвыл от ее бесцеремонности. Вот теперь еще все узнают об ошейнике подчинения и о ведьме! Ради Фреи, только Арию оставьте в покое! Ей и так последний месяц достается.

— Метке? — насторожился Вегер.

Бланш развернулась ко мне и указала на шею.

— Тир Лоук скрывает ее, но мы уверены, что это брачная метка Истинной.

Вот теперь все уставились на меня. Музыка в зале стихла. По празднующим пронесся шепоток, а два правителя этого мира смотрели на меня.

— Мне раздеться, чтобы показать? — попытался отшутиться я.

Но дракону было не до шуток.

— Брачная метка не появлялась уже много веков, — хриплым голосом произнес он. — Мы давно уже не встречаем Истинных. Ты знаешь об этом. Поэтому мы вырождаемся. Покажи.

Я с раздражением потянул за шейный платок, сдергивая его, еле сдерживая отборные ругательства. Расстегнул верхние пуговицы камзола, выставляя напоказ свою обезображенную ошейником шею.