Но не сейчас. Сейчас я хочу забыть этот голос и исчезнуть.

– Я спешу, – вместо ответа говорю я и порываюсь пройти мимо него, но Найджел преграждает мне дорогу.

На его лице горит полное замешательство.

– Дэлла, куда ты идешь с этой сумкой?

Расправив плечи, я поднимаю голову и смотрю прямо на него.

– Я уезжаю, Найджел. Дай мне пройти.

Но он застыл словно статуя.

– С ним? Ты уезжаешь с ним?

Теперь в его голосе много боли. Я не могу каждый раз в его глазах видеть вину. Он не должен ее чувствовать. Он ни в чем не виноват. Но слова застревают в горле, и я не могу произнести это вслух.

– Просто дай мне уйти.

– Нет. – Найджел качает головой. – Я не позволю, Дэлс.

– Не называй меня так, – срываюсь я.

Найджел обессиленно опускает руки.

– Не поступай так с нами.

У меня перехватывает дыхание. Я прохожу мимо него, и спустившись на пару ступенек, разворачиваюсь:

– А разве вы не поступили так со мной?

Это полностью его обезоруживает. Я не должна была этого говорить, но это мой единственный способ сбежать отсюда.

Сбежать подальше. Туда, где другие люди. Туда, где я никого не знаю, и никто не знает меня. Туда, где не Франция, но повсюду французская речь. Я хочу туда.

Промчавшись мимо поста в холле, я выскакиваю на улицу и бегом несусь к открытым воротам школы. Уверена, что Найджел уже звонит Джастину. Но уже слишком поздно.