Свет в зале стал приглушенным. Ропот громче. Обычно очередь к микрофону большая, но сегодня, как ни странно, никто не спешит. Все расслабленно сидят потягивают свои напитки, кто-то ест, кто-то даже дремлет и слушает музыку.

– Что это с вами? – удивленно произносит Дантес.

Пока возле сцены происходит движение, Кайден придвигает свой стул ближе ко мне, чтобы наблюдать за тем, что происходит. Под столом он нащупывает мою руку и крепко ее сжимает. Мое сердце не разбито. Оно любит.

Как и всегда.

Первым вызывается Феликс – парень, которого знает здесь все, потому то он единственный, кто верит, что станет вторым Байроном. И этого он добьется лишь классическим способом. Без интернета. Этот молодой парень спит и видит свои изданные томики со стихами, но все что он получает от издательств – это тишина и отказы.

Если бы не Дантес, Феликс бы умер с голоду, так как едва сводит концы с концами, подрабатывая в «Синем бархате».

Странный и угловатый Феликс, но талантливый, и это чистая правда. Не могу с уверенностью сказать, но он словно копирует жизнь Байрона, которая сопровождалась несчастиями, финансовыми проблемами, какими-то скандалами. Лишь бы это закончилось лучше.

Пока Феликс читает, свет в зале гаснет совсем. Теперь единственный источник света – это крошечная сцена с невысоким человеком на ней, который читает строки, в которые вложил свою душу.

Кайден внимательно слушает. Одной рукой он касается своего подбородка, второй держит мою руку и водит большим пальцем вдоль моего запястья.

Я точно сплю.

Это нереально.

Он здесь.

Когда Феликс заканчивает, в зале раздаются восторженные аплодисменты и возгласы. По крайней мере, своя публика у этого парня есть. Его любят, пусть и посмеиваются.

Мы тоже хлопаем, поэтому расцепляем руки.

Дантес снова появляется на сцене и приглашает следующего. Но снова никто не спешит. Такого здесь еще не было. По крайней мере, за все время моего здесь присутствия уж точно.

Словно кто-то толкает меня в спину. Я сама не понимаю, как оказываюсь стоящей на ногах. Кайден удивленно смотрит на меня снизу вверх. Он не спрашивает. Его глаза горят от предвкушения.

Как и мои. Улыбнувшись, я кладу руку ему на шею, затем слегка провожу пальцами по его коже, ощущая тепло и бьющуюся жилку.

– Я скоро.

Проходя мимо столика со своими друзьями, я ловлю на себе их удивленные взгляды. Я показываю класс их вытянутым лицам и открытым ртам. Зак первый приходит в себя и сложив ладони рупором, кричит:

– Да! Трейс! Вперед!