– Лука-а-а-ас, – простонала она мне в рот. – Это запрещённый приём!
– Я буду с тобой честен, Мария. Меня немного задело, не спорю, что меня выставляют трусом и слюнтяем. Возможно, моё желание доказать всем и самому себе, что я могу, покажется тебе ребячеством. Именно так устроены мы, мужчины. Соревнования и вечное ребячество у нас в крови. Но я делаю это не из-за того, чтобы утереть кому-то нос.
– Правда?
– Я хотел бы показать тебе, какой я, когда на коне. Ты встретила меня, когда мне уже стукнуло тридцать восемь. И за всю мою каскадёрскую карьеру ты увидела всего один нелепый трюк… Тот приступ агонии в первые дни нашей встречи. Позорный трюк, как ни крути. А я хочу показать тебе, что был способен на многое.
Мария обхватила моё лицо ладонями.
– Я верю, Лукас! И знаю это всем сердцем. Я не хочу, чтобы ты рисковал собой. Но чувствую, как сильно ты хочешь доказать самому себе, что всё было не зря, правда?
– Малышка, ты ясновидящая!
Мария грустно вздохнула и обняла меня.
– Я бы запретила, честное слово. Но я лучше прочих знаю, что запретный плод сладок. Рано или поздно это произойдёт. Я хочу увидеть это своими глазами. И…
– Я не подведу тебя!
– Я знаю. Я в тебя верю! – серьёзно заявила Мария. – Но с одним условием…
– С каким?
– Я знаю, что твой трюк удастся. Но потом ты пойдёшь на операцию. Точка, – сверкнула глазами Мария.
– Крошка, ты же знаешь, что есть риск остаться паралитиком. На всю жизнь.
– Да. Но сейчас ты рискуешь гораздо больше, Лукас. У меня сердце кровью обливается, но я хочу, чтобы ты не чувствовал себя ущемлённым. Я согласна на твой трюк, но и ты должен пойти мне навстречу. Пожалуйста…
Она обхватила мою ладонь и положила себе на живот.
– Лукас, у тебя в скором времени появится двое детишек. А ещё у тебя молодая жена, которой нравится, когда ты носишь её на руках. Я не хочу, чтобы однажды ты упал в припадке от перенапряжения.
Мария поцеловала меня.
– Люблю тебя, Лукас. Я озвучила тебе свои условия. Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор…
Моя малышка разжала объятия и отошла, махнув рукой.