Включаю небольшой светильник над барной стойкой и достаю из мини-бара бутылку красного вина. Хорошее, Французское. Мне его коллеги в прошлом году на день варенья подарили. До сих пор не находила повода, чтобы распить ее. Волкова ждала? Возможно.

Пошарившись по ящикам, нахожу штопор и, пританцовывая между кухонными шкафами, мастерски разбираюсь с пробкой, которая вылетает из горлышка со вкусным "плюмс". Клянусь, у меня аж рот слюной наполнился! Разливаю бордовую жидкость по бокалам и хватаюсь за свой, собираясь, честное слово, просто пригубить. Жадно облизываю губы и подношу к ним бокал, когда на ушко слышу:

– По-моему, тебе на сегодня хватит.

Я аж подавилась. Увы, не вином. Попробовать его я так не успела. Слюной и негодованием поперхнулась. Закашлялась, нахмурилась, крутанувшись, устремила грозный взгляд снизу-вверх на своего опера:

– В каком это смысле, хватит?

– Врачи рекомендуют пить не больше одного бокала, – хватает посудину за ножку Вик, потянув на себя. Фиг-то там! Я держу крепко и отпускать не намерена.

– Ч…чего? Волков, что происходит? Ты какой-то странный. То про "положение" твердишь, то в сексе осторожничаешь, то вот это вот. Что за фигня? Думаешь, я не замечаю?

Смотрит на меня, как на несмышленыша. Снисходительно. Взгляд такой серьезный, тяжелый, до самого нутра пробирает. Губы поджимает, мнется, будто не знает, с чего начать. В моей мнительной голове просыпается тревожность. Я не выдерживаю и выхватив бокал, делаю смачный глоток. Потом еще. Ну, и еще. Короче, залпом допиваю остатки вина и, хлопнув стекляшку на стойку, командую:

– Рассказывай.

– То есть ты реально не прикалываешься?

– Я не понимаю, Вик! Ни-че-го не понимаю! В чем я прикалываюсь?

Вик отступает. Упирает руки в бока и проходит вдоль окна. Напряжен, волнуется.

– Я сейчас начну рыдать! Кто-то умер? Умрет? Судя по тому, как ты со мной носишься – это я? – хохочу. – Кони двину?

– Дурочка. Что, блть, за шутки такие?!

– Тогда объясни по-человечески, а не мнись, как баба, Виктор!

– Я думал, что ты просто не знаешь, как мне сказать. Что молчишь и подбираешь момент. Но, походу, мы реально влипли, конфетка…

– Я тебя сейчас стукну! Обещаю, "приласкаю" по голове вот этой вот бутылкой, если ты не перестанешь говорить загадками! У меня с ними всегда было туго, если ты не в курсе.

Вик ерошит пятерней мокрые волосы. Такой растерянный и милый, еще и в одном полотенце, низко сидящем на бедрах – вот затискала бы! Да любопытство распирает. Что такого могло случиться, что Волков не может подобрать слов? На моей памяти такое было… нет, такого не было вообще.