Положив руки Кэсси на талию, я поднимаю её с пола, сажаю на край массажного стола, вытягиваю ноги и ложусь. Она заползает на меня сверху и направляет мой член себе между ног.

— Черт возьми, ты вся мокрая, — говорю я.

— Я думала об этом по дороге сюда. — Она прижимает головку члена к своему входу и скользит на меня одним плавным движением.

— Боже, ты так хорошо ощущаешься.

Её ладони на моей груди, косички раскачиваются взад и вперёд, она скачет на мне. Когда я разрываю её рубашку, пуговицы рассыпаются по массажному столу, Кэсси улыбается.

— Это была не дешёвая рубашка, — шепчет она, качая головой. — Ничего не меняется, Колтон.

Я расстёгиваю её лифчик и накрываю грудь руками.

— Надеюсь, что нет.

Она наклоняется вперёд, её косички задевают моё лицо при каждом движении, и скачет на мне, пока у неё не тяжелеют веки и она не начинает задыхаться.

— Сегодня я твоя, детка, — стонет Кэсси. — Всё что пожелаешь.

Я мог бы кончить в неё прямо сейчас, услышав эти слова.

Я хватаю её за талию, крепко прижимая к своему члену.

— Ты всегда моя, Кэсси. Не забывай об этом.

— Я так близко, Колтон.

Слова, которые никогда не перестанут посылать меня через край. Я крепко сжимаю её, с силой притягивая к себе, пока киска сжимается. Всхлип срывается с губ Кэсси, и она хватает мою руку, обхватывая губами два пальца и посасывая их, чтобы приглушить звук.

Я буду хранить этот образ в своей голове на время, пока буду на выездных играх — моя жена, одетая в школьную форму, её рубашка разорвана, её выражение лица, когда она кончает, сидя на моём члене с моими пальцами во рту.

Затем Кэсси снова опускает свою киску на мой член, и я хватаю её за талию одной рукой, сильно прижимая к себе и позволяя войти в неё в порыве жара, который почти выбивает из меня все силы.

— Лучше? — спрашивает она, глядя на меня сверху вниз и улыбаясь.

— Ты имеешь в виду, я не так напряжён?

— Да.