Руки чешутся от желания обнять, но не решаюсь, потому что знаю – или залепит пощечину, или коленом между ног саданет. Очень не хочется быть побитым на глазах у Макса в первый же день знакомства. Я же вроде как отец, пример для подражания…

Вознесенская все так же стоит в дверях и не проходит дальше, будто боится, что попадет в капкан, из которого не выбраться.

— Кофе будешь?

— Да, пожалуйста, — сипит она, и мне на миг чудятся в ее голосе слезы.

Приглядываюсь – показалось, но физиономия совсем несчастная. Это царапает, мигом сбивая корону с головы. Мне надо как-то лечить ее, нас, отстраивать фундамент для дальнейших отношений, прогибая обстоятельства в нашу пользу.

Не гони…

Снова наступаю на горло свои порывам и жажде деятельности. Нужно просто расслабиться и отпустить.

Я приношу Лере кофе, как она любит: без сахара и с большим количеством молока, отдаю ей кружку и наши пальцы на миг соприкасаются. У меня сокращается в груди, а Лера тихо шипит.

Шипи не шипи, все равно моя.

Я оставляю в покое своего колючего Ежика и опускаюсь рядом с Максом:

— Давай покажу, как открывать?

В ответ на свое предложение получаю суровое:

— Неть.

Отворачивается, так чтобы я не дотянулся, и сам продолжает ковыряться, от усилия высунув кончик языка. Очень деловой. Аж гордость разбирает.

— Смотри не лопни, — раздается скептичный голос Леры.

Очень точно считывает мои эмоции. Усмехается, нагло дернув бровями и подносит чашку к губам. Зараза.

Макс справляется с коробкой, вытаскивает ее содержимое, раскладывает по кучкам, при этом ревниво следит, чтобы я свои руки к его добру не тянул. Собственник.

— Вы надолго сегодня? — я пытаюсь прощупать почву и ожидаемо получаю колючки в нос:

— Уже выпроваживаешь?

— Лер…не надо.