— Ммм, — что-то мычу, а сам продолжаю таращиться на ее ноги.

— Понятно, — вздыхает Лера, — Барханов снова увидел пол коленки и поломался.

Язва.

Поломаешься тут, когда дразнят, а не дают. После того срыва в моей спальне, Вознесенская динамит меня. Даже на отдыхе, несмотря на романтику, море и расслабляющую атмосферу, и то умудрялась сбегать. У меня уже руки в мозолях от ручного труда, а ей хоть бы хны. Вроде не отталкивает и в то же время держит дистанцию. И моя хваленая выдержка уже трещит по швам. Нервов не хватает. А ей все весело.

— Знаешь, чего не хватает? — окидываю всю ее с ног до головы оценивающим взглядом.

— Чего? — тут же теряется она.

— Волос твоих рыжих. Они красивые были, как живой огонь.

Лера неосознанно прикасается к коротким белым прядям.

— Разве со светлыми мне плохо? — смотрит обиженной девочкой.

— Красиво, — я не вру. Блондинкой она очень эффектная, — ты мне любая нравишься.

— Но рыжая больше?

— Да. Рыжая беда – мой фетиш.

— Дурак, — она смущается, а я беру Макса за руку и иду встречать первых гостей.

— Внимание. Швецовы.

Лера вытягивается по струнке. Втягивает и без того плоский живот, выпрямляет спину и, по-моему, перестает дышать

— Вот и мы!

Сначала вваливается Яська, следом за ней Влад с сыном на руках.

— О, какой мужчина, — Ярослава присаживается на корточки рядом с Максимом, — привет красавчик.

— Привет, — Макс и не думает смущаться. Наоборот, грудь колесом и к Яське обниматься. Понравилась она ему.

— О, какая женщина, — хмыкает Влад, кивая на Лерку, которая мнется в стороне и боится подойти ближе.