Парень удаляется, учтиво кивнув.

— Я взрослая и сама решаю, что и сколько мне пить.

Точно лишнего выпила. Бестолковое упрямство это вовсе не мой стиль общения.

— И сколько же тебе лет, взрослая?

— Почти двадцать, — слегка пошатываясь, я поворачиваюсь лицом к пропасти и наклоняюсь вперёд, как уже делала, когда только сюда выбежала.

Только теперь у меня иные мотивы. Сейчас я отчётливо представляю, как взгляд Андрея скользит по моей обнажённой спине, касается ямочек на пояснице, пытается ухватить то, что ниже, под платьем.

И я хочу кричать на весь мир, хочу проорать в эту темно-зелёную пропасть, что я имею право чувствовать, что я вовсе не фригидная, я хочу жить, хочу любить жизнь, наслаждаться каждым её мгновением, хочу получать удовольствие от общения с мужчинами и от секса, не бояться больше никогда, и как сказала Мэй — не позволять одному ублюдку повлиять на всю мою жизнь. И пусть во мне сейчас говорит алкоголь — плевать! Лучше так, чем вечно запрещать себе дышать полной грудью.

Я не вижу, как на меня смотрит Андрей, но мне кажется, что чувствую его взгляд. Мужчина отстраняется от балконного ограждения и заходит мне за спину. Я ощущаю его приближение и теплоту, исходящую от его большого тела, и изо всех сил стараюсь не думать о прошлом, но оно мучительно возвращается, беспрепятственно прорываясь сквозь алкогольный дурман.

В этом прошлом мой мучитель тоже был сзади. Я не видела его лица. Он прижимал мою голову к земле, пока стягивал с меня шорты. Мне было так больно и страшно, что это жуткое чувство выжглось на моих внутренностях, никак не желая оставлять их в покое.

Я хочу не думать. Хочу не вспоминать. Но не могу, поэтому дрожащих губ снова касается горячая солёная жидкость...

Он держал меня за волосы и кулаком бил по лицу, когда я пыталась вырваться...

— Тебе понравилось? — неожиданно раздаётся голос Андрея над моим ухом.

В шоке я резко поворачиваюсь к мужчине и смотрю на него мокрыми от слез глазами, с трудом различая его расплывшийся облик.

— Ч... что вы спросили? Что?

— Тебе понравилось? Я про вечер? Часто такие мероприятия посещаешь? — уточняет Андрей.

Затем резко вскидывает руку и проводит шершавым пальцем по моей влажной щеке.

— Ты че ревешь? Что случилось?

Паника стискивает горло, и у меня никак не получается ответить. Выходит какой-то жалобныйполувсхлип-полуписк.

Он говорил о другом. Мне померещилось...

Боже мой... Я никогда не стану нормальной. Я никогда не смогу чувствовать себя спокойно рядом с мужчиной. Это ужасно.