— Если она умрет сейчас, знай, это будет на твоей совести, — он сразу начал переходить на крик. — Это ты будешь виновен, в том, что ее больше не будет.

— Еще не все кончено, Милана просто обязана выкарабкаться, — промолвил я, сам не веря в то, что сейчас говорил.

— Моли всем Богам, чтобы так и было, иначе, — он кинул больной взгляд, словно желал разорвать меня прямо в эту секунду.

Делая затяги в себя, я смотрел на черное небо, на котором тускло, светили звезды. В животе моем все сжималось от страха, что врачи просто не успели ее спасти, и теперь мне придется нести этот крест всю свою жизнь…

Докурив сигарету, я выбросил ее в рядом стоящую урну, после чего снова решил закурить. Как будто никотин, сможет вывести из меня сейчас всю боль.

— Почему ты опять ушел от нее?

— Мое место было не там, — ответил я, также как несколько часов ей. — Оно принадлежало тебе.

— За те месяца, когда мы жили с нею вместе, она так и ни разу не организовала для меня, что-то подобного. Для тебя она расставила свечи, сама приготовила ужин, в то время как мы питались лишь покупной едой. А ты просто этого не оценил.

— Слушай, я, — мой голос стал дрожать. — Я был рад провести с ней вечер. Местами я даже задумался, что у нас и вправду могла бы получиться удивительная история. Но, в моей жизни когда-то была Николь, а после нее, все для меня обесценилось.

— Тебе не стоило вообще появляться в ее жизни снова, — из каждого его слова, шла агрессия. — У нас только все стало налаживаться.

— Ты ошибаешься Саид, — ответил лишь я, вспомнив тот разговор на кухне, когда после расставание, я пошел к ним пить.

«Да, Томас. Я начала с ним отношения, не потому что, что-то чувствовала, все было только лишь назло тебе. Я думала, тебя это заденет, что я именно с ним. С твоим лучшим другом. Каждую ночь, когда он хочет меня, я лишь заставляю себя отдаваться ему. Для него это любовь, для меня лишь иллюзия, ведь каждый раз, когда я с ним, я все так же представляю, что это ты сейчас во мне… Безумие, неправда?»

— Это была лишь иллюзия, — добавил я.

— Я знал, — вдруг неожиданно для меня, произносит он, после чего дико улыбается, и с его глаз начинаю падать первые слезы. — Когда каждую гребанную ночь, она во сне произносила твое имя. Когда весь ее телефон был забит твоими фотками, и она часами смотрела на них, как люди порою смотрят на иконы. Когда она прочла твою книгу до дыр, зная ее практически наизусть. Когда даже во время секса, я был в ней, я видел, как она закрывала свои глаза, чтобы просто представить сейчас тебя на моем месте.