— Хватит, — прошу я, а он, задыхаясь, проводит по лицу, словно наваждение сбрасывая. Потом быстро смотрит в сторону выхода, откуда доносится детский смех.

— Надо было подняться наверх. Так и знал.

Он знал, что наш разговор так или иначе приведет к поцелую. Он так и знал, что чтобы не случилось, я не смогу устоять. А за закрытыми дверями все аргументы были бы снесены потоком его обаяния и моей собственной жажды, которую способен утолить только он.

— Была рада тебя увидеть, Камиль, — грустно улыбаюсь я и волочу ноги к выходу, но на пути возникает он.

— Серьезно? Была рада тебя увидеть?

— А что еще ты хочешь услышать. «Ничего не изменилось», — говорю, сама себе не веря, а Камиль выгибает бровь и кивает на место, где только что так страстно целовал меня. Остатки души вынимал. – Это тоже ничего не значит. Временное помутнение. Можешь возвращаться к друзьями, я больше мешать не стану.

— Станешь, — не дает мне пройти. Выглядывает за дверь и закрывает ее. – Ты станешь мешать мне. Ты вот здесь.

Он дергает рукой, кулаком прижимается к виску.

— Сидишь безвылазно, с ума сводишь. Думаю о тебе. Постоянно.

— Зачем? – стою, занемев от шока, внутри грозит разразиться новая буря, гораздо страшнее той, что была пару мгновений назад. Ведь его слова именно то, что я мечтала услышать. От этого становится только страшнее.

— Вот и я спрашивал себя, зачем. Зачем мне нужна разведенка, которая еще не разобралась с мужем. Да еще и с ребенком.

Отлично. Признаваться в любви, оскорбляя, это в духе Камиля.

— Если ты собрался меня оскорблять, — пытаюсь его обойти, но он разворачивает меня, удерживая плечи, и прижимает к двери.

— Нет, нет. Я не собираюсь тебя оскорблять, я пытаюсь объяснить, что могу жить без тебя. Но у меня плохо выходит. И ты права, мы не справились со свободными отношениями, может быть, попробовать эти самые. Настоящие.

— Что? – на выдохе. В груди все сжалось. Он не может это говорить. Это просто какой-то сон, в котором обязательно должно что-то случиться. – Ты не серьезно…

— Очень даже. Слушай, я не, — он не может слов подобрать. – Я не знаю, что будет через месяц, год, и, возможно, я снова сделаю тебе больно, а возможно, боль причинишь мне ты, но может быть стоит попробовать? Перестать бояться…

Я качаю головой, мне плохо, меня почти тошнит от волнения. Хочется верить в слова Камиля, хочется испытать все то, что обещают его глаза, его руки, так жадно поглаживающие мои плечи.

— Нет, нет. Ты просто, не знаю, скучал. В тебе говорит спермотоксикоз, и ты просто хочешь затащить меня в постель, а это все…