В общей суматохе и громкой музыке я не сразу услышал входящий, а когда услышал, закатил глаза – мать звонила. Ответил с неохотой и то чисто из уважения к ней, чем от большого желания. И тут она выдала: мол, приехала, стоит у входа, ждет меня. Сказать, что я потерял дар речи – ничего не сказать. Мы не виделись лет пять, если не больше. Я не изъявлял желания, а ее попытки пресекал. Она, конечно, жаловалась отцу, обвиняла его во всех смертных грехах, однако на мое поведение это никак не влияло, да и старик, откровенно говоря, мне и слова не сказал. Оставлял их склоки за порогом, озвучивая сухое «мать хочет тебя увидеть».

Так что ее приезд, мягко скажем, выбил почву из-под ног. И ладно бы она в школу на вручение приехала, я бы понял, но нет, притащилась сюда – в ресторан, который находится у черта на рогах.

Рита, заметив мою резкую смену настроения, встревожилась:

– Вить, кто звонил?

– Мать, – произнес одними губами, затем потянулся к стакану с соком и опустошил его практически за раз.

– Поздравила тебя? – Марго улыбнулась, да так тепло и нежно, что я и сам захотел улыбнуться. Удивительное дело, как быстро у нее получалось всегда возвращать меня в колею. Магия какая-то, подвластная только Рите.

– Приехала сюда, прикинь?

– Да ладно?

– Угу, сам в шоке.

– Так, может, сходишь к ней? – Марго говорила осторожно, словно боясь задеть словом. Я ценил в ней эту тактичность.

– Придется, – выдохнул. Идти к матери не хотелось, да я и не особо по ней скучал, не рвался встретиться. Она для меня была посторонним человеком, который иногда появлялся в виде голоса в трубке телефона.

– Сходи, хуже точно не будет, – Рита коснулась моей ладони, переплетая наши пальцы. В ее словах не было ни капли давления, только поддержка, которую я ощущал каждой клеткой тела.

– Пойдешь со мной?

– Нет, я лучше тут подожду тебя. Тем более шашлык принесли, отложу нам пока, иначе не достанется. Глянь, как мальчишки уплетают.

– Ладно, – уступил я. Коротко чмокнул в щечку Марго, с неохотой поднялся и поплелся к матери.

Пока шел, не мог отделаться от тревожного предчувствия, которое, словно невидимая тень, плелось следом. Я даже пару раз оглянулся, не особо понимая, отчего так под ложечкой сосет. Однако когда увидел мать, напрочь позабыл обо всем.

Она стояла возле белого мерса, улыбаясь проходящим мимо родителям и выпускникам. Кое-кто из парней даже присвистнул, показав жестом, что мама хорошо выглядит. Она, в самом деле, выглядела отлично: нежно-розовое платье облегало ее по-девичьи худенькую талию, а легкий макияж придавал этому образу некую эстетичность. Завидев меня, мать махнула рукой и засеменила навстречу, цокая тонкими шпильками.