Пока ехал, вспоминал Бодровского с его стихами Лермонтова. Вот что он не учёл! Стихи. Он обещал Кате японские стихи.

Как парковался, как взлетал по лестнице, как переодевался, Вадим не помнил. Мозг включился ровно в момент, когда он открыл дверь в предродовую.

Катя, бледная и растрепанная, лежала на спине. На животе датчики. Сейчас главное — успокоить её. Его собственные переживания — это потом. Ветров вопросительно глянул на акушерку. — Поставили монитор. Доктор сказал, что ненадолго. Родовая деятельность есть, но волнами.

Катя повернула голову. — Вадюша…. Пришёл. Господи, что ж так больно то? — она закусила губу и отвернулась. Вадим сел рядом, взял её ладонь. — Катюш, всё. Я рядом. Сейчас проверят сердцебиение и снимут провода. Полегче будет.

Вадиму хотелось вытрясти душу из врача, узнать, зачем монитор. Но отойти от Кати было страшно. Она даже с большим животом смотрелась совсем тоненькой.

Подошедшая врач молча осмотрела Катю. Монитор сняли. Тоже молча. Теперь ей можно было перевернуться на бок. Вадим под локоть выволок доктора в коридор. — Объясните, что происходит. — Не надо тут права качать, мужчина. Всё хорошо и с роженицей, и с плодом. — Яяясно… С плодом, значит…

По опыту Ветров знал, воспитывать таких бесполезно. Помогает только "тяжёлая артиллерия". Даже деньги ничего не решают. Он без колебаний набрал главврача. Благодаря Андрею Попову и его роману с Верочкой Морозовой, у Ветрова теперь был личный номер Натальи Николаевны. Морозова ответила не сразу.

— Наталья Николаевна, Ветров. Помощь нужна. Катя в роддоме.

Помощь в виде другого врача и другой акушерки подоспела минут через десять. Контракт на коммерческую палату Ветров даже достать не успел. — Вадь, ты как этих спровадил? — Катя пыталась слабо улыбаться между схватками. — Связи, Кать. Полезные люди. Иначе, видно, у нас никак. Всё хорошо будет. Уже скоро. — Никак он не хочет рождаться, — вдруг заплакала Катя, — Я устала очень. Не хочу кесарево. Хочу сама родить. А вдруг сил не хватит?

К Ветровым подошла пожилая акушерка. — Вы, Вадим, поговорите с сыном, — сказала она вполне серьёзно, — Детишки, они пап слушаются очень.

Вадим с Катей переглянулись. Ветров встал на колени перед Катей. — Андрюш, сыночек, мы с мамой тебя очень ждём, — заговорил, как со взрослым, — Ты нам помоги, пожалуйста. Маме силы нужны. Мы тебя очень любим. Очень хотим на тебя посмотреть. Давай, родной. Я тебя на ручки возьму, — обещал Вадим сыну.

Катя охнула от очередной схватки. — Ну, вот что значит папа-командир, — довольная врач посмотрела Катю ещё раз, — Пошли рожать Андрюшу? Ты как, Кать? Готова? — А что, ещё можно передумать? — пыталась улыбнуться Катя, — Готова, конечно.