Часть 1. Отцы и дети.

1.

Свет лился в пыльную аудиторию сквозь высокие окна. Помещение пустовало. Лишь за кафедрой стояла темноволосая женщина в белоснежном брючном костюме. Ее волосы, тщательно зачесанные со лба, собраны в жгут на затылке. Она хмуро листала большой журнал, сверяясь с ведомостью, что-то помечала в тонкой книжечке. Входная дверь скромно приоткрылась.

— Можно, Наталия Ивановна?

Наталия приспустила очки, и взглянула на вошедшую студентку.

— Вы на пересдачу?

— Да. Вы не заняты?

— Нет, входите, — женщина указала студентке на ближайшую парту, как вдруг в ее сумочке затрезвонил сотовый телефон.

Наталия подала студентке задание.

— Ты пока изучи задание, я на секунду, — сказала она, и скрылась за дверью аудитории с телефоном.

Оказавшись в полутемном холле ВУЗа, Наталья включила телефон.

— Алло? Доехал? Ну и как там? Устроился? Когда первая пара? Уже? Они не тянут! Когда освободишься? Слава богу, а то я боялась, что ты не сможешь попасть к родителям на юбилей. Я обещала, что привезу тебя. Нет, они очень милые! Мы впервые соберемся все вместе за пять лет! Все будут. Да, и братья и сестры. Не паникуй, милый, я не дам тебя в обиду, — Наташа хихикнула, — я тоже люблю тебя. Позвонишь? Ну, все, пока. А то меня студентка ждет. Пока — пока.

Женщина мечтательно вздохнула, отключив телефон, и разгладив улыбку на своем лице, вошла в аудиторию.

— Ну что, вы готовы?

Студентка подняла на Наташу испуганный взгляд, и той стало все ясно. Эта девушка снова ничего не знает. Неужели так трудно научиться решать матрицы? Она едва добралась до второго курса и уже ничего не знает!

— Вы в курсе, что у меня можно сдать только тогда, когда знаешь предмет? Деточка, фамилия «Семёнова» в зачетке дорого стоит. И здесь не обойтись тем, что у вас в пакетике. Зайдите снова, когда будете готовы. Учтите, через десять дней я уеду, и вы меня застанете только осенью. Вам ясно?

Студентка поднялась из-за парты, и двинулась у двери.

— Извините, Наталия Ивановна. Я найду вас.

— Ничего. Заходите.

Девушка покинула Наталью, и снова в аудитории воцарилась тишина.