— У меня твой «переходной возраст» вот уже где сидит! — сердито восклицает Вера Петровна. — Это не значит, что можешь делать все, что тебе заблагорассудится, и это будет сходить тебе с рук! Есть ответственность и уважение к чувствам других, в конце — концов! — не унимается она. — Злате тоже когда — то было четырнадцать, но с ней таких проблем не было!

— Вы обо мне говорите? Каких со мной проблем не было? — неожиданно послышался слабый голос Златы.

— Ой, Златочка… — нежно улыбнулась Вера Петровна, обернувшись к Злате, которая стояла на пороге и прикрыв рот рукой, сладко зевала. — Мы разбудили тебя? — спрашивает она виноватым тоном. Вера Петровна подходит к дочери и бережно кладет свои ладони ей на плечи.

— Да нет, — сонно говорит Злата. — Я просто воды вышла попить и услышала, что вы «эмоционально» разговариваете в коридоре. Что за балаган среди ночи?

— Да так… Воспитательный момент — отвечает Вера Петровна, небрежно махнув рукой. — Мне кажется, что в случае с Соней это бессмысленно! — она мимоходом взглянула на Соньку, которая молча опустив глаза, с задумчивым выражением лица накручивала волосы на палец.

— Конечно, бессмысленно, мама! — уверенно заявляет Злата, слегка улыбнувшись — Ей же не семь лет! Соня уже цельная самостоятельная личность! Об этом надо было раньше думать! Ты мне так и не сказала… То каких там со мной проблем не было? — настойчиво спрашивает, бросая на мать выжидательный взгляд. — А я с удовольствием послушаю.

— Это я имела в виду, что ты полная противоположность Соне! Ты была очень хорошей, послушной девочкой. Спокойной, ответственной! — отвечает Вера Петровна. — Я всегда могла тебе доверять, и во всем положиться на тебя! С тобой в этом плане вообще никаких проблем не было! Я очень гордилась тобой. И сейчас горжусь! Соня — очень трудный ребенок, и я всегда надеялась, что ты станешь для нее прекрасным примером. Да ты только посмотри, как она одевается! Ну что это такое? — она обвела Соню неодобрительным критическим взглядом. — Все темное, браслеты какие — то с шипами, красные пряди, эта кофта с черепом… Я ведь дочку растила! Девочку! А этот вызывающий макияж? — жалуется она Злате, не обращая никакого внимания на присутствие Сони.

— Эй — эй! Мама, я вообще — то здесь! — с неким возмущением и с обидой произнесла Соня. — Я вам не мешаю? Нет? Может, мне уйти к себе, чтоб вы могли дальше спокойно обсуждать меня и мой тяжелый характер? Скажи спасибо, что я вообще ни никакой субкультуре не отношусь! Ей еще мой внешний вид, видите ли, не нравится! — сердито пробормотала она себе под нос.