Я в ужасе замираю. С моего лица сходят все краски, и я, дрожа, перечитываю сообщение. На этот раз он не шутит.

– Что такое?

Я поднимаю глаза на обеспокоенную Виолетту:

– Ничего, не бери в голову.

– Это твой брат? – шепчет она, беря меня за руку.

Я почти смеюсь. Я помню, как однажды вечером, когда мы напились, я вкратце объяснила ей свою ситуацию; судя по всему, она слушала внимательно.

Я: Ты получишь свои деньги.

Я: Ты получишь свои деньги.

Я вздыхаю и закидываю телефон глубоко в сумку, молясь, чтобы Брайан не стал звонить в дверь квартиры, когда там Джейсон и Лоан. И что мне теперь делать? Я не могу попросить у Джейсона денег – лучше умереть.

Но мне правда совершенно нечего ему дать.

– Ты ему не мать и не банкир, – пытается поддержать меня моя лучшая подруга.

– Я знаю.

Я не вдаюсь в детали, потому что знаю, что она не поймет. Вместо этого я нервничаю вплоть до того момента, пока мы не возвращаемся к обеду домой. У входа в здание я не поднимаю глаз, боясь увидеть там Брайана, и с облегчением вздыхаю, замечая играющего в «Иксбокс» Джейсона. В целости и сохранности.

Он уголками губ улыбается мне, пока я разогреваю нам индийскую еду.

– Значит ли это, что вы теперь встречаетесь? – спрашивает Виолетта, раздеваясь.

Джейсон отвечает за меня:

– Это просто физическая связь.

Наши друзья в отвращении морщатся, а затем Лоан дает Джейсону подзатыльник и бормочет:

– Я же говорил не трогать ее.