— Давно он её бьет? — уже спокойнее продолжил Диего.

— С пятнадцати лет. Почти четыре года.

— Она обращалась в полицию?

— Нет. Ни в полицию, ни в больницу. Она запугана до смерти, — с горечью в голосе ответил ему.

— Почему нам ничего не сказал? — не унимался Диего.

— А что бы вы сделали? Я ничего не мог, а вы? Тем более я пообещал, что никому не скажу. Разве что с Гленом советовался, — ответил ему, и он отпустил меня.

— Я бы просто и его вырубил, — пожал плечами он. — Только так, чтобы у него провал в памяти образовался и мозги набекрень съехали, — ухмыльнулся он.

Я тихо рассмеялся. Говорю же, у меня лучшие друзья. Диего правда мог сделать из человека инвалида. В его руках было столько силы, что мне самому бывало не по себе. Я спарринговал с ним с четырнадцати лет и не понаслышке знал о его возможностях.

— Поверь, я первый в очереди, чтобы проучить его, — усмехнулся в ответ.

— Чёрт бы меня побрал, но я тоже не отказался бы навалять этому членоносцу, — тихо засмеялся Глен.

— Ты проследишь, чтобы он не вышел, когда его задержат, — кивнул ему. — А то Джойс говорила про какие-то его связи с копами.

— Срать я хотел на его связи. Спорим у меня, как у копа, связи посерьёзнее? — коварно улыбнулся Глен, и я нервно рассмеялся.

Но всё же немного выдохнул. Осталось только поймать за жопу этого хитрого ублюдка и усадить за решётку. Но для этого Джойс должна была сказать своё слово. Она должна была сделать выбор. Выбор в пользу свободной жизни.

— Ладно, поехали подкину тебя до тачки, — улыбнулся мне Диего.

— Глен, спасибо ещё раз, что вытащил меня отсюда, — подошёл к нему, чтобы попрощаться.

— Не за что, они всё равно не имели права долго держать тебя. Задали вопросы и до свидания. У них на тебя ничего нет и быть не может, — похлопал меня по спине. — Не натвори дел утром, ладно? Не выключай голову и не давай ему ещё один повод для новых заявлений.

— Ладно, — пробурчал, отстранившись от него и пошёл к Ford Mustang Диего.

— Много вопросов задали? — спросил он, отъехав от участка.

— Дохрена. Откуда знаком с Джойс, сколько виделся, спал или не спал с ней и прочую ерунду, — вздохнул, откинувшись на спинку сиденья.

— Я так понимаю, постель и всё, что с ней связано в вашей жизни всё же имелось, — покосился он на меня.