— Закончились твои терзания, Эмир. — Сафир пытается начать разговор, но я слышу в ушах лишь сильный шум. Пытаюсь сосредоточиться, чтобы окончательно в себя прийти, но выходит с трудом. — Ты нашел Альби и своего сына. Будь спокоен. — Кажется, он сам не верит в то, что произносит. Судорога легкие сводит. Хватаю ртом воздух, ощущая, что не способен надышаться.

— Не успокоюсь, пока не увижу ее. — Злобно. Сжимая руки в кулаки. Понимая, что ярость сейчас не самый лучший союзник.

— Эмир, послушай меня. — Сафир все-таки удается обратить на себя мое внимание. Поворачиваю голову, смотря пристально в его глаза. Ощущая невообразимое драматичное волнение. — Ты должен был давно понять, что западные женщины кардинально отличаются от восточных. — Будто хочет сказать что-то значимое, но не решается.

— Что ты хочешь сказать? — Несдержанно. Наверно пытаясь занять мучительно долгое время ожидания хотя бы разговором.

— Девушки, рожденные за границей лживы. Сегодня они дарят свою любовь, а завтра с легкостью вонзают нож в спину, предавая. — Сафир не церемонясь, выдает все, что думает, рассчитывая на понимание. — Вспомни историю своего деда. Поэтому он всегда хотел, чтобы ты взял в жену мусульманку. — Не знаю даже, что и ответить. Молчу, понимая, что Сафир продолжит свой монолог. — У них не проходит любовь к своему мужчине. Даже спустя время. А западные женщины чаще всего живут своими эмоциями.

— Прошу тебя, замолчи. — Не выдерживая, останавливаю поток его слов. Понимая, что если Сафир дальше продолжит я не смогу сдержать неконтролируемую злость. Но задумываясь, осознаю, что он пытается меня подготовить к самому худшему. К тому, что я разочаруюсь в Клео, поняв, что она вовсе не та, кто все это время был рядом со мной.

Отворачивая голову, смотрю в окно вертолета, изо всех сил стараясь не воспринимать всерьез слова Сафира. Не веря в эти предположения, до последнего надеясь, что Клео совершенно другая. Но неожиданно в памяти всплывает разговор с дедом. Ухожу в себя, не соображая во что верить. Быть может, старик был прав, сказав мне значимую фразу. «Запад не принесет счастья. Он лишь до рушит твою жизнь». Стискивая зубы, отказываюсь верить в эти слова. Буду до самого последнего полагаться на собственное сердце, которое не может обмануть. Задерживаю дыхание, видя, что вертолет начинает сбавлять скорость и снижаться. Неподалеку замечаю поселение, которое с высоты кажется мизерной точкой среди пустыни. Все будто в тумане. Напряженные до боли мышцы тела сильнее ныть начинают. Кажется, я не выдержу этого. Вертолет приземляется, и пилот постепенно останавливает работу двигателя. С мыслями собираясь, распахиваю двери, выходя на улицу. Под безжалостно палящее солнце. Несколько черных внедорожников с внушительной охраной, ожидают нашего с Сафиром приближения. Сажусь на заднее сиденье в первую же машину, даже не обращая внимания, успел ли Сафир. Сейчас мне совсем не хотелось с ним разговаривать. Ладони от волнения потели. Кидало то в жар, то в холод. От осознания, что до встречи с Клео остаются лишь считанные секунды, в дрожь бросало. Машина трогается с места, лавируя среди песков. Поселение в высоты казалось так близко, но смотря сквозь лобовое стекло машины, понимал, что путь займет некоторое время. В эти мучительные секунды ожидания не ощущал практически ничего. Зациклился на мысли, что скоро Клео снова будет рядом со мной. Пусть и лишь только для того, чтобы подтвердить мои опасения. Я увижу ее истинное лицо и скорее всего, отпущу на все четыре стороны. Гулкий ветер настырно пробирался в салон машины сквозь приоткрытое стекло. Сафир, чувствуя, что я раздавлен собственными мыслями, сел в другой внедорожник, позволяя побыть немного наедине с собой. Машина резко тормозит, и я, не всматриваясь в окрестности, моментально выхожу из машины. Старое поселение. Явно отставшее от цивилизованного мира. Живущее по определенным устоям и обычаям. Придерживаясь их. Не позволяя чужакам вносить хаос и разруху. Внутри ярость вскипает. Делая пару шагов, сжимаю кулаки, едва сдерживая себя в руках. Если понадобиться я сожгу до пепла эту деревню к чертовой матери. Переверну ее верх дном, найдя ту, которую отчаянно искал.