— Я рада, что подарок тебе понравился. — Возможно, стандартная фраза, но на другую сейчас я вообще не способна.

— Как тебя зовут? — Улыбаясь, клонит голову, зажимая медведя под мышкой.

— Клео. — Тихо. Успокаивая льющиеся слезы. — Но можешь называть меня, как тебе захочется. — Боже мой. Я готова была говорить своему сыну все, лишь бы он просто хотел общаться. О большем просить не смею.

— Пойдем, — Аман протягивает ручку, чтобы я взяла ее, — я угощу тебя тортом, который испекла тетя Латифа. Мама, ты же не будешь против, если тетя Клео останется? — Поднимаясь на ноги, беру малыша за руку, подсознательно боясь услышать отрицательный ответ Эсмиры. Но девушка одобрительно качает головой, позволяя Аману делать то, что он хочет. — Поиграешь со мной в игру? — Тянет в соседнюю комнату, и я чувствую, как все идут следом за нами.

— Давай поиграем. — В глотке сухо. Ком застрял. Но я стараюсь внятно отвечать своего малышу.

— Мы с мамой играем, когда бывает грустно. — Аман подходит ближе, все еще держа меня за руку. Прижимается к ногам. — Я люблю тебя, как до луны. Но маму свою я люблю больше. Как до луны и обратно. — Аман, широко улыбаясь, выглядывает из-за меня, смотря на Эмира. Маленький ангел сам того не понимает, пронзает этими словами мое израненное сердце. Разрезает его на куски. — Тебя тоже кто-то любит так же сильно, как и я люблю свою маму. — До боли смыкаю губы, чтобы не зареветь. Не расплакаться, показывая перед всеми развороченную душу. — Наверно, этот дядя. — Показывает рукой на Эмира, который приседает рядом с нами на корточки, начиная что-то говорить. В сторону ведет. Отшатываясь, упираюсь рукой в стену, чтобы не рухнуть на пол. Наблюдая за Аманом и Эмиром, осознаю, что абсолютно не имею никакого права разрушать его жизнь. Малыш никогда не простит нам этой жестокости. Не примет, если мы с Эмиром сейчас силой увезем его из этого дома. Аман слишком любит Эсмиру.

— Аман, а ты бы хотел поехать со мной и дядей Эмиром? — Сама не понимаю, зачем задаю этот глупый вопрос.

— Если только мама с нами поедет. — Не задумываясь. Давая самый правильный ответ. Забирать ребенка силой у этой семьи станет нашим с Эмиром самым страшным грехом.

— Тогда пообещай, — унимая дрожь в голосе. Улыбаясь. Не показывая той боли, которая словно серная кислота разъедается все внутренности, — что приедешь в гости вместе с мамой и своим дедушкой. — Больше не думая о себе. Только о мальчике и его счастье. Аман, резко разворачиваясь, выбегает из кухни, оставляя всех в недоуменном состоянии.

— Возьми от меня тоже подарок. — Малыш вбегает обратно в комнату, тут же подходя ближе ко мне. Протягивает фигурку, выполненную в виде двух сердечек. — Мама сказала, чтобы я подарил ее тому, кому захочу отдать частичку своего тепла. Ты мне понравилась, Клео. — Аман вкладывает в мою ладонь подарок, поднимая выразительные карие глазки. — Теперь мы будем рядом всегда. — Произносит еще одну фразу, возвращаясь к Эсмире.