Помолчим?
Помолчим?
Три, два, один…
Три, два, один…
Рав.
Долго упирался, отказывался и сквернословил, но слово лучшего друга, а по совместительству — начальника, — закон. И теперь стоять мне целый день при параде листовки раздавать… Где я так накосячил!?
Оделся ещё так кричаще. Брючки, рубашечка, шляпка. Чем не Ален Делон, а? Красавчик, звезда Голливуда! Вот и стоит эта звезда в центре города, на перекрестке, недалеко от какого-то там собора, улыбается всем прохожим, спешащим по своим делишкам, впихивает листовки спортивного клуба. Где. Я. Так. Накосячил!?
Я стою минут пятнадцать, но уже готов швырнуть эту стопку в ближайшую урну. А в Аккорде на заднем сиденье, между прочим, ещё около тысячи! Как. Я. Мог. На. Это. Согласиться!?
Моя скорпионья натура скоро жалить начнёт, но, нет, актер из меня, и правда, хороший — протягиваю листовку очередной женщине и улыбаюсь… как там Никита сказал? «Доброжелательно и располагающе». Только вот из нас двоих добренький точно не я.
Зачем ему новые клиенты, а? Почему не нанять промоутеров? Нашел, блин, тоже мне, бесплатную рабочую силу.
Ладно, хорош. О, точно, тут недалеко сестра у Ника жила с подругой, пока к мужу не переехала. А сейчас там кто? Сдают вроде кому-то.
В наушниках поёт Кобейн свою вечную «Smells Like Teen Spirit»: