Ощути себя импотентом, что говорится. Потому что ни хрена ничего не вышло. Точнее член у меня стоял, как никогда твердо, но засовывать его в кого попало больше не хотелось. А вот в одну конкретную особу с неземными глазками — очень даже. Чтобы вновь увидеть, как она кончает, но уже не от моих пальцев.

Чертово обещание!

Которое непонятно откуда взявшаяся совесть нарушить не позволяла. А девчонка сама приходить не спешила.

Упрямая.

Тем слаще ощущался мой триумф, когда увидел ее в фойе своего банка.

Нет, ну до чего хороша в своих неприкрытых эмоциях!

Так бы и утащил к себе в кабинет, где испил бы их полностью, вместе с продолжительными стонами.

Шикарная женщина!

Которая теперь уже точно будет моей. Я все для этого сделаю.

Тем более что девчонка сама же предоставила мне шанс.

Решить ее проблемы не составило труда. Тот, кто ей их подкинул, действовал топорно, используя чужие связи, которые перебить оказалось проще простого, образно говоря. Чуть дольше я сомневался в благоразумности списания ее кредита. Гордая. Может не принять. Но и тут мозг не подвел. Выдал, как обставить все так, чтобы она согласилась принять подобный дар.

Вот только мне совсем не понравилось послевкусие.

— Я согласна стать твоей любовницей.

Сам себя возненавидел за эти ее слова.

Вроде добился, чего хотел, а на деле поперек горла встало.

Так неожиданно и непонятно с чего. Еще мать позвонила, опять на уши присела со свадьбой. Когда у меня перед глазами заплаканные глаза ванильной девочки, полные отчаянной решимости. И за эти ее слезы хотелось одновременно убить кого-нибудь и самому себе сердце вырвать. Только бы она больше никогда не плакала.

А мать все болтала и болтала…

Бесила своей великолепной Теоной. Отвлекала от мыслей о той, кого действительно желал видеть с собой рядом.

И я не выдержал.

— Я не женюсь на Теоне, мама.