Дамир вместе со мной слегка повернулся, чтобы можно было видеть работников ЗАГСа, о которых я за всеми признаниями опять благополучно позабыла. Зато теперь невольно задумалась о том, чтобы выбрать другой район для проведения церемонии. А то… стыдно, вот да. Но только мне одной. Дамир похожим точно не страдал.

— Уважаемые, а распишите нас, — заявил нагло, почти требованием.

И я чуть не сделала жест «рука-лицо». Все-таки гендиректор — это диагноз. Хотя вот работниц госструктуры это вообще никак не проняло.

— Заполняйте заявление, оплачивайте госпошлину, и мы обязательно вас распишем, — произнесла невозмутимо старшая из присутствующих, помолчала и добавила: — Через месяц.

Ну, епт!

Вот и Дамир не оценил.

— А если подумать? — склонил голову набок.

— Молодой человек, здесь не о чем думать. Вы оба и без того достаточно потратили наше время. Кто бардак убирать будет? Вы?..

— Ой, да… — начал Дамир.

Я тут же прижала ладонь к его губам.

— Простите меня, пожалуйста. Я сейчас же все уберу, пока мой жених оформляет заявление, — ответила за него с заискивающей улыбкой. — Правда, дорогой? — добавила с нажимом для мужчины.

Дорогой промолчал, но одарил довольно многозначительным взглядом. Только ведь я и правда виновата. Убрать за собой устроенный бардак — минимум, что я могу сделать в качестве компенсации за доставленные им неудобства.

— Вот и отлично, — согласилась работница ЗАГСа.

Дамир же был по-прежнему недоволен, благо спорить не стал. И уже через полчаса мы выходили из здания с квитанцией в руках.

— И что дальше? — застыла я на крыльце.

— А дальше… — притянул меня к своему боку Дамир. — Мы будем жить долго и счастливо, ванильная, — поцеловал в макушку.

— Обещаешь? — посмотрела на него, запрокинув голову.

— Все еще сомневаешься во мне, да? — заметно помрачнел он.

Развернулась к нему всем корпусом и обняла за талию.

— Нет. Больше нет.