Светлый фон

Когда Хлои перешла ко второму куплету, Трин ахнула. Она посмотрела на Брайну.

— Эта песня...

Брайна кивнула.

— Ага.

— Песня о Гейтсе? — прошептала Трин, наклоняясь к ней.

— Когда она вышла, это было так вопиюще очевидно. Я была шокирована, что даже коварная пресса не догадалась об этом.

— Просто... вау. Я бы никогда не догадалась.

Трин снова посмотрела на Хлои, испытывая к ней некоторую долю жалкости. Не то чтобы ее поступок в отношении Брайны и Гейтса был правильным, но ее чувства к Гейтсу, должно быть, были настоящими, раз она написала о нем такую трогательную песню.

Но тут Трин заметила что-то неладное. Хлои все еще пела, но по ее лицу текли слезы, настоящие слезы. Зрители теперь хранили полное молчание, наблюдая, как она плачет на протяжении всей песни.

Будто слова «Homesick», наконец, пробили в ее душе некую брешь, и она просто не могла сдержать слез. Микрофон стоял на подставке перед ней, и она сжимала его дрожащими руками. Затем одна рука пробралась в ее идеальную прическу, за ней последовала другая, словно Хлои пыталась взять себя в руки, но безуспешно.

Внезапно пение прекратилось.

Хлои посмотрела вперед, на свою зачарованную аудиторию.

Вся в слезах. Дрожа. И в эмоциональном истощении.

И со всего маха рухнула на сцену. Ее тело сотрясали рыдания, и громкие всхлипы доносились до тех, кто находился ближе всего к сцене.

Брайна и Трин обменялись обеспокоенными взглядами.

Что, черт возьми, происходит с Хлои?

Они наблюдали, как Деймон бросился к ней, скользя и останавливаясь перед ней. Всех остальных, будто парализовало, они ошеломленно уставились на сцену, не веря, что всеми известная и всеми любимая мегасуперзвезда распадается на части у них на глазах.

Деймон ласково разговаривал с ней, пытаясь поднять на ноги, но Хлои не двигалась. Не раздумывая ни секунды, он подхватил ее на руки и направился за кулисы. Зрители тихо зааплодировали. Трин слышала такие аплодисменты только тогда, когда футболист падал из-за нанесенной травмы, и его уносили с поля.

Как только Хлои исчезла за кулисами, все перешли на шепот.

В голове Трин возникла масса вопросов.