Я рад, что она упомянула своего брата, поскольку именно о нём и хотел поговорить.

— Бедная раненая голубка, я на самом деле, должно быть, монстр, не так ли? — С неохотой отбрасываю тост, встаю, подхожу к ней и наклоняюсь к её отвратительному лицу.

— Ну, лучше если монстр будет спящим, ты же не хочешь его разбудить? И раз уж ты упомянула, мне стало интересно: где наш дорогой Габриэль Наварро Кортес, твой любимый младший брат? — спрашиваю, едва сдерживая себя в руках.

— Всё кончено, Цезарь. Ты не сможешь прикоснуться к нему, как больше не прикоснёшься ни к кому из нас. Я ждала годы, чтобы отомстить за то, что ты сделал с нашей Бланкой, за злое существо, в которое ты превратил Тейлор, и за ад, в котором ты заставил жить меня. Скоро твой карточный домик рухнет, и ты снова станешь таким же вором, каким был всегда…

Я сильно бью её и мягкая плоть подаётся под моей рукой. Ненавижу даже бить её.

— Джулиан! — зову, повышая голос.

Мой самый надёжный человек всегда находится в шаге от меня.

— Я здесь, Цезарь, — отзывается он, заглядывая из коридора.

— Пожалуйста, проводи госпожу в мой кабинет и проследи, чтобы она осталась там. Нам нужно услышать её рассказать о новом приключении, в которое пустился мой дорогой деверь. — Я вытираю руки носовым платком, стирая слюнявую кровь этой ведьмы.

Со зловещим видом и разбитой губой Палома громко смеётся.

— Ты мёртв, Цезарь Кортес. Что бы ты со мной ни сделал, тебе конец! — кричит она, пока тем же платком не затыкаю ей рот.

«Я не рухну, а если паду, то никого не оставлю в живых, чтобы засвидетельствовать своё поражение».

Тейлор Кортес

После смерти отца прошёл месяц. Событие меня не удивило, я знала, — рано или поздно кто-то его уберёт, — но не могла представить, что это будет его сын.

«Дамиан стал настоящим открытием: красивый, жестокий и… Вау! Мой брат». Только такой извращённый психопат, как Цезарь, мог организовать инцест для достижения своих целей.