А вот это меня уже напрягает.

— Я присела в холе тебя дождаться, но, пока ждала из лифта вывезли Руслана после операции.

От одного его имени передёргивает.

— И что?

— Я решила проведать его, потому, что он был в очень плохом состоянии. Я до сих пор в шоке — запинается.

Ты меня сейчас в шок вводишь!

— И поэтому ты не могла ответить на мой звонок.

— Дим, пожалуйста — она присаживается передо мною и касается руки, а мне хочется выдернуть её к херам.

Проведывала она! Вот же…

— Не переживай ты так, его доктор сказал, что ему операцию делали без наркоза и обезболивающего, представляешь. Он поэтому в таком состоянии. Мне просто тревожно стало за него.

Ещё и с врачом успела обсудить всё! А с моим даже не поговорила ни разу!

— Так иди и тревожься дальше — уже не выдерживаю, выдёргиваю руку и пытаюсь объехать её.

Как же иногда жалею о своем таком состоянии на своих двоих отошёл бы просто, а тут как каракатица назад, вперёд. Проезжаю к выходу. Не хочу ни видеть её, не слышать её жалкие оправдания.

— Дим — она зовёт меня, но я еду вперед.

Обидно очень. Как ты так можешь.

Выезжаю на улицу. Сегодня холодно, но это ничто по равнению с тем, что делается у меня внутри.

Ей он интересен. Он же почти здоров, не то, что я. Зачем только поверил ей, доверился, в душу впустил. А она при первой же возможности побежала к нему. Он был в таком состоянии… А, я сейчас в лучшем?

Кручу колёса вперёд и дышу как загнанный зверь. Хочу быстрее уйти отсюда.

***

Руки почти задеревенели и не слушаются совсем. Останавливаюсь и пытаюсь отдышаться. Осматриваюсь. Нифига себе в запале почти доехал до дома, осталась пара кварталов.