– Оклемалась уже? – оглядывая меня со скрытой неприязнью, спрашивает Лена. И, не дожидаясь ответа, переведя взгляд на одногруппниц, говорит: – Я же говорила, что не так сильно она приложилась, как изображала. Больше притворялась. Специально, наверное, чтобы у Константина Сергеевича на руках оказаться. Решила привлечь внимание физрука, да, Вознесенская?

Насмешка и откровенная ложь Шевцовой бесят не на шутку. Но я не успеваю ответить, меня опережает Карина.

– Рот захлопни, Шевцова, а то воняет. Ты столько сплетен придумываешь, что вся пропиталась запахом лжи. Нет уже сил терпеть тебя, – заталкивая вещи в сумку, грубо и громко говорит Карина.

– Сама захлопнись, Лаврицкая, – зло сверкая глазами, произносит Ленка. – Нечего свою подружку выгораживать. Меня из-за нее физрук отчитал.

– Правильно сделал. Ты вообще на голову отшибленная. Даже не задумалась, что Даша могла серьезно пострадать.

– Кто виноват, что она играть не умеет? – рявкает Шевцова. – Руками нужно ловить мяч, Вознесенская, а не лицом. Запомни на будущее! Тогда цела останешься.

– Ты за мою сохранность, Шевцова, не переживай. Лучше о своей побеспокойся, – спокойно отвечаю девушке. И, застегнув сумку, посмотрев на Лену, продолжаю: – Еще раз выкинешь что-то подобное, пожалеешь.

– И что ты мне сделаешь, Вознесенская? – насмешливо спрашивает одногруппница, складывая руки на груди в защитном жесте. Она намеренно почти с первого дня обращается ко мне по фамилии. Раньше меня это раздражало, но потом я привыкла и перестала обращать на это внимание.

В конце концов, у меня красивая фамилия.

– Фейс тебе подправлю, – холодно, не отрывая от неё взгляда, отвечаю. И только благодаря этому замечаю проступившие удивление и растерянность на идеальном лице Шевцовой.

Не ожидала от меня подобных слов? Что ж, сюрприз!! Я еще и не так могу ответить.

– Ты… ты что, мне угрожаешь? – явно не веря услышанному, спрашивает Ленка.

– А ты не такая тупая, какой кажешься, Шевцова, – теперь настала моя очередь насмешливо смотреть на неё. – Моё терпение закончилось, Лена. Еще раз сунешься ко мне, начнешь снова всякую фигню про меня плести, я терпеть не стану. На глазах у всего универа за волосы тебя оттаскаю, мало не покажется.

– Тебя отчислят! – взвизгнув, угрожает Шевцова.

– Плевать. Зато ты надолго меня запомнишь. Как и все в универе запомнят твой прилюдный позор. Так что лучше отвали от меня по-хорошему.

Сказав всё, что хотела, закидываю сумку на плечо и двигаюсь к выходу из раздевалки.

– Выкуси, Шевцова, – следуя за мной, довольно бросает Ленке Карина.