Глава 47

Виктор Карено приехал из местечка Овьедо на следующий день. Вид у него был печален и задумчив.

— Ну, что там?.. — Едва только поздоровавшись, спросила Мария.

Скинув плащ и тяжело опустившись в кресло, Виктор Карено со вздохом произнес:

— Да, ничего не скажешь… Утешительного, скажу прямо, немного…

Мария при этих словах побледнела, как полотно.

— Что с Хосе Игнасио?.. — Едва слышно, одними только губами произнесла она. — Виктор, что произошло с моим сыном?

— Знаешь, Мария, когда я ехал в Овьедо, то молил Бога и Пречистую Деву, чтобы застать Хосе Игнасио в живых… Честно говоря, я не очень-то поверил полковнику Санчесу — ты ведь сама знаешь, военные могут сказать все, что только угодно, чтобы успокоить несчастных родителей…

Мария слушала монолог своего мужа, затаив дыхание.

Виктор продолжал:

— Да, они могли наплести что угодно, чтобы успокоить нас…

— Виктор, не тяни, скажи мне — что с моим сыном?.. — Перебила его Мария.

— А я и не тяну, — произнес Виктор, — просто я хочу сперва поделиться с тобой своими соображениями на этот счет… Да, так вот — когда я приехал в Овьедо, то сразу же, без труда разыскал своего крестника. Военно-полевой госпиталь находится в центре этого местечка, и найти его не составляло особого труда. Да, так вот: когда я увидел Хосе Игнасио, я едва не расплакался…

— Что с ним?..

— Да не волнуйся, он жив… Полковник Алессандро Санчес не соврал — жизнь его вне опасности…

— На него действительно кто-то напал? Это правда, что говорил полковник — какой-то пьяный тип пытался зарезать его мачете?

Виктор тяжело вздохнул.

— К большому сожалению — это действительно правда, Мария… Когда я увидел Хосе Игнасио, то едва не расплакался. Дело в том, что его лицо… — Виктор отвел глаза. — Его лицо рассечено ударом… Правда, врачи наложили искусный шов, но наш Хосе Игнасио… В общем, я только хотел сказать, что он просто на себя не похож.

Виктор сознательно не утаивал от своей жены ничего из того, что видел в Овьедо. Карено относился к тому типу людей, которые считают, что лучше сразу же рассказать в подобной ситуации всю правду, чем умалчивать ее. Не сделал он исключения и теперь.

Мария отрешенно смотрела в какую-то пространственную точку перед собой. Она молчала.