Диего согласно покачал головой.

— Да, вернулся…

Джоанну давно интересовало — каким образом может отразиться несчастье Хосе Игнасио на задуманных ею планах. И потому она продолжила свои расспросы.

— Ну, как он себя чувствует?..

— Виктор говорит, что не все так страшно, как мы предполагали…

— А что вы предполагали?

— Ну, — начал Диего, — Мария уже готовилась к самому худшему…

— Он долго пробудет в военном госпитале в том местечке… Забыла, как оно называется…

— Овьедо?..

Джоанна кивнула в ответ.

— Возможно… Впрочем, это не важно… Сколько он там пробудет еще?..

Диего не отличался большой злопамятностью, однако тем не менее, до сих пор недолюбливал своего племянника из-за той давнишней истории с Лаурой. Поэтому начатый Джоанной разговор о состоянии здоровья Хосе Игнасио он воспринял безо всякого воодушевления.

— Сколько пробудет? — переспросил он.

— Да…

Неожиданно молодой Лопес спросил:

— А почему тебя это так заинтересовало, Джоанна?.. Для чего тебе это?..

Конечно, он и не мог подозревать свою возлюбленную в каких-либо нехороших замыслах по отношению к своей семье и к Хосе Игнасио — просто его заинтересовала необычайная настойчивость девушки. Джоанна, чтобы исправить положение, поспешила сказать:

— Просто мне очень жаль твоего племянника… Такой молодой, такой красивый… — заметив, как обидчиво сложились при этих словах губы Диего, она добавила: — конечно, не такой, как ты, Диего, но мне все равно очень, очень жаль его… Просто мне хотелось узнать, как долго он пробудет в этом госпитале…

— Виктор Карено утверждает, что его крестный просто стесняется появляться в отчем доме в столь обезображенном виде, — пояснил Диего, — Хосе Игнасио почему-то считает, что Мария, увидев его таким, сразу же изменится к сыну в чувствах…

— А, понятно, понятно… Значит, он будет в Мехико не скоро?