– Почему?

– Давай рассуждать логически. Поймали его одного в лаборатории. Значит, нет смысла ему ее сдавать. По сговору лиц они больше получат.

– Ее привязать никак не получится?

– Не получится. Если она сама не признается. Или он от злости ее не решит сдать. Но это навряд ли. Не такие они тупые, чтоб самим себе с пола срок поднимать.

– Он молчать будет, чтоб ему кто-то с воли грев слал, – высказался Петька.

– Откуда такие мощные познания в тюремной лексике? Колись…

– Мишка друганом стал.

– Какой он тебе друган? Таких друзей за хрен да в музей. Он урка готовый. Нет у урок друганов. Есть лохи. И ты один из них. И мы с мамой для них такие же. Для них все, кто не они – лохи…

– Не правда. Он меня уважает.

– Петька, запомни. Нет у уголовников понятия дружбы. Как только ему будет выгодно тебя использовать, как туалетную бумагу, он тобой подотрется. И про твою помощь забудет. И про то, что ты друг тоже. Тем более там у папаши не одна ходка была. Рецидивист…

– Это не так…

– Погоди. Скоро они тебя будут склонять на какую-нибудь авантюру. Ты не вздумай поддаваться. Посмотри на их жизнь. И подумай, хочешь ли ты так жить? По тюрьмам скитаться. А там, кстати, вонь ужасная…

– Откуда сведения?

– Вот удивил ты меня своим наивным вопросом. Бывала я там. По делу приходилось туда пару раз пройти. Там, скажу я тебе, та еще обстановка в камерах.

– А я и не собираюсь с ними в разбоях участвовать.

– Они тебя втемную могут попытаться использовать. Если в тюрьму сядешь, то на кого пса оставишь?

– Да не собираюсь я с ними ни в чем участвовать. И не думал даже.

– И не думай. И ничего никогда у своего Мишки не бери. Ни в долг, ни насовсем. Ни на время, ни навсегда. Никогда не бери. Платить придется по самой высокой цене.

– Совсем не брать?

– Совсем. Никогда эти люди ничего просто так ни для кого не делают. Обязательно потом тебя заплатить заставят. Не так, так этак…