– Почему?

– Вышла замуж не по любви. Мужик старше ее лет на двадцать с лишним. Она вроде родила ему ребенка. А оказывается, не родила. Ее ребенок умер. Она чужого купила. Но что-то меня тут смущает.

– Что конкретно?

– Понимаешь, она говорит, что с сыном плохие отношения. Что нет любви в их семье. А когда про сына рассказывает, у нее лицо меняется. Как будто она его любит.

– Значит, где-то она врет. Или актерствует.

– Тогда актриса из нее фиговая. Если сына любит, то почему не была убита горем? Она вместе с любовником в компостную яму труп сына скинули и закопали. Или любовника мать любит больше, чем сына? Но лицо при упоминании любовника не светится. И вот как это несоответствие понять?

– Действительно. Поведение странное. А почему вы ей верите?

– В смысле?

– Почему вы ей верите во всем? Она могла правду смешать с ложью. Так вруны часто делают: разбавляют ложь правдой для достоверности.

– Значит, завтра стану проверять ее слова. Мне самой интересно. Конечно, может так странно себя человек вести, если он психически болен. Но она вроде нормальная. Значит, она нам врет. А зачем? Почему врет? Не понимаю…

– Я бы задала вопрос по другому. Для чего она врет…

– Смотри. Есть факты. В доме было, судя по биллингу, четыре телефона. Они работали до последнего. В гостевом доме было два телефона. Они тоже работали. Потом два телефона выехали за пределы поселка. Это подтверждает слова деда и бабки.

– Чьи четыре телефона?

– Один матери, один охранника, один Юрия. Один неизвестен.

– Кто четвертый? Куда он делся?

– Не знаю. Юрий уехал с матерью и охранником Русланом.

– А четвертый телефон замолчал?

– Да. Это чистые факты.

– Может, этот четвертый просто второй телефон кого-то?

– Может быть. Теперь что меня еще смущает. Где драгоценности и деньги, которые умыкнули у отца. Тот еще и чужим дядькой оказался.