– Прилично. Ей бы надолго хватило.

– А не решила ли она переквалифицироваться в наркокурьера? Надоело оказывать интим услуги, вот и сменила амплуа…

– Думаешь?

– Те парень с девушкой, которые в деревянных домиках на детской площадке умерли. Они же пара. Они ее для интимных услуг навряд ли заказали бы. Врет вам нагло. Она решила приторговывать этими таблетками. И у Бориса подвязаться курьером хотела.

– Про это я не подумал.

– Она хочет, чтоб убийство выглядело случайностью, поэтому голову вам морочит.

– Оно и есть случайность. Просто эти таблетки несовместимы с алкоголем. Все, кто помер, пили спиртное.

– И немец пил?

– Чуть-чуть. Он в центре с ней пиво пил в пивной. Случайность. Она просто о побочке не знала.

– Но распространять она точно собиралась. За распространение наркоты ее тоже судить будут?

– А как же. И за хранение, и за все остальное. Я сделал все, что мог.

– Остальное суд будет решать? Наш самый гуманный суд в мире…

– Не беспокойся. По таким статьям обычно много получают. Там родители Саврасова про какие-то дневники говорили.

– Не отдам. Не сейчас, по крайней мере…

– Когда?

– Сама сначала прочту. Мне нужно понять, что он хочет сказать.

– А что-нибудь интересное там для нас есть?

– Для вас ничего. Иначе я бы вам их отдала.

– Тогда не надо. А что про Корнеева младшего слышно?

– Пока ничего. Работаем.