– Только гулящая. И по чужим кроватям скачешь как сайгак.

– Вы про меня ничего не знаете.

– И знать не хочу. Тебя уволили, так тебе и надо. Если Александр решил тебя наказать, то это его выбор. Не мне его осуждать.

– Это вы настояли. Он бы сам никогда. Он добрый, а вы злая.

– Все сказала? Уволили? Так иди и поищи себе новое место работы. Хорошая медсестра по нынешним временам на вес золота. Так что ты быстро себе работу найдешь. И не имей привычку унижаться. Мне тебя не жаль. Ты со мной считалась, когда в кровать к моему парню лезла? Нисколько. У него любовь ко мне, а ты все опошлила. Ты наслаждалась триумфом? Вот и получай ответ. Бумеранг вернулся. Так что нечего тут на жалость бить. Освободи помещение.

Вышла рыжая плутовка, злобно зыркнув на меня маленькими глазками. Рыжая нахалка… Если просить пришла, так гордыни поубавила бы. И не с таким выражением лица просят. А если на совесть давить и на жалость, так я с детства научена таким манипуляциям противостоять. Совесть у меня чиста. А жалости эта наглая медсестра у меня не вызывает. Уж больно шустро она в постель к чужому парню заскочила. Видать, привычное для нее дело.

Вечером пришел в офис Александр. Интересно, он знает, что медсестра у меня была? Стоит, у двери с ноги на ногу переминается, как школьник у доски.

– Привет, любимая.

– Здравствуй, Александр, – решила сразу дистанцироваться, иначе не устою перед соблазном.

– Не рада?

– Почему? Рада. Тебя выписали уже?

– Сам ушел. Надоело лежать. Без улыбки меня встречаешь…

– Нет повода для радости.

– Что так?

– Нам надо поговорить и все прояснить, – начала я неприятный разговор.

– Медсестра была у тебя?

– Была. Зачем мой адрес ей дал?

– Я хотел, как лучше. Она сказала, что я в этой истории не виноват?

– Нет. Такого она мне не говорила.

– Что сказала?