Верно.

Тишина окутала стол.

Я уставилась на свою наполовину съеденную тарелку, моя кожа была ледяной, несмотря на тепло двух мимоз.

— Не пойми меня неправильно. Я знаю, что ты чувствуешь. — Голос Изабеллы смягчился. —Но я думаю, что это одна из тех культурных разниц, для сглаживания которых потребуется время. Данте заботится о тебе, иначе он не был бы так расстроен. Он просто... не умеет тактично выражать свои мысли.

— Я знаю. — В моем вздохе слышались мучительные дни. — Просто трудно помнить об этом, когда я нахожусь в моменте, а он ведет себя так... так упрямо.

В мире Данте его слово было законом. Он всегда был прав, и люди из кожи вон лезли, чтобы угодить или успокоить его.

Но в том-то и дело. Это был уже не только его мир, но и наш, по крайней мере, когда дело касалось нашей домашней жизни. Брак по расчету или нет, но я подписалась на мужа, а не на босса.

Я просто не была уверена, что он это знает.

— Он Данте Руссо, — сказала Слоан, как будто это все объясняло. — Негибкость — его второе имя. Лично я думаю, что ты должна заставить его попотеть. Отключить его от работы, пока он не придет в себя.

— Отлично. Значит, мы будем ждать до начала следующего века, — сказала Изабелла. — Вив, что ты хочешь делать?

—Я…

— Вивиан. Какой приятный сюрприз. — Ровный, сливочный голос прервал наш разговор.

Я выпрямилась, когда рядом с нашим столиком остановилась элегантная пожилая женщина с гладким серебристым бобом и кожей человека на тридцать лет моложе ее.

— Баффи, рада тебя видеть, — сказала я, скрывая удивление. Она и ее подруги редко выходили за пределы своего «пузыря» в центре города. — Как дела?

Я проигнорировала тихий смешок Изабеллы при упоминании имени Баффи.

— Я в порядке, дорогая. Спасибо, что спросила. — Шестидесятипятилетняя гранд-дама выглядела безупречно, как всегда, в кремовой шелковой блузке, серых брюках на заказ и жемчужных серьгах Mikimoto. — Обычно я не проделываю весь этот путь до Бауэри... — Ее тон намекал на то, что двадцатипятиминутная поездка на машине от ее дома была такой же тяжелой, как путь от Пятой авеню до Бруклина. — Но я слышала, что бранч здесь просто божественный.

— Лучшие яйца Бенедикт с омаром в городе. — Я жестом указала на пустой стул. — Не хотите присоединиться к нам?

Никто из нас не хотел, чтобы она оставалась, но вежливо было спросить.

— О, какое милое предложение, но нет, спасибо, — сказала Баффи как раз вовремя. — Мы с Банни заказали угловой столик. Она смотрит на меня, пока мы разговариваем — она просто ненавидит сидеть одна на людях... — Она бросила укоризненный взгляд в сторону ухоженной блондинки, сидевшей с не менее ухоженным той-пуделем, высунувшимся из-за сумки Hermès. Собаки не допускались в ресторан, но такие люди, как Баффи и ее друзья, действовали по другим правилам. — Однако я хотела зайти и лично поздравить тебя с тем, что ты выбрала Вальгаллу местом проведения Бала Наследия. Это вызвало большой резонанс.