Скажи слово, и ты навсегда освободишься от Лаусов.

Я должен был избавиться от шантажа. Независимо от моих чувств к Вивиан, на кону стояла жизнь моего брата, и я не мог рисковать утечкой этих фотографий. Романо содрал бы с него кожу живьем, если бы узнал, что Лука прикасался к любой женщине в его семье, тем более к его любимой племяннице.

Если я уничтожу шантаж, ничто не помешает мне отомстить Фрэнсису. Я мог бы оставить прошлое в прошлом, но он этого не заслуживал.

— В следующий раз, когда увидишь своего брата, передай ему, чтобы он был осторожнее, — Фрэнсис улыбнулся, как змея, только что поймавшая добычу. — Я бы не хотел, чтобы эти фотографии попали в руки Романо.

Я не притронулся к папке на своем столе. Я видел достаточно. Мне не нужно было просматривать каждую чертову фотографию.

— В любом случае, я уверен, что ты занят, поэтому не буду больше отнимать у тебя время, — Фрэнсис встал и провел рукой по своему галстуку. — Подумай о том, что я сказал. Брак с моей дочерью был бы весьма выгоден, особенно для... долголетия вашей семьи, — его улыбка расширилась, обнажив острые резцы. — Разве ты не согласен?

Воспоминание вычерпало все эмоции с той встречи и вылило их в яму моего желудка.

Шок. Неверие. Гребаная ярость и на брата, и на ублюдка, которому хватило наглости явиться без приглашения в мой офис и шантажировать меня.

Нет, Фрэнсис Лау не заслуживал от меня никакой пощады.

Я повернулся спиной к столовой. Холодная окончательность поселилась в моей груди, когда я принимал решение.

— Покончи с ним.

Повесив трубку, я вернулся к ужину и изо всех сил старался вести себя нормально. Вивиан ничего не сказала в ресторане, но, когда мы вернулись в отель, она бросила на меня обеспокоенный взгляд.

— Все в порядке? — спросила она. — Ты был тихим после звонка.

— Все в порядке, — я стряхнул с себя куртку и избегал ее взгляда. — Просто досадно, что он прервал наш ужин.