— Привет, Вивиан. Как обычно?

— Да, пожалуйста. Сделай четыре, — сказала я, пока бариста принимал мой заказ. Я так часто посещала кофейню рядом с моим офисом, что они запомнили мой заказ. — Спасибо, Джен.

— Нет проблем, — она улыбнулась. — Увидимся завтра.

Я расплатилась и двинулась к зоне самовывоза, лишь наполовину глядя на то, куда иду. Меня слишком отвлекал поток новых сообщений, прокручивающихся на экране.

Мой телефон разрывался на части все выходные. Друзья, знакомые, светские репортеры — все хотели поздравить или поговорить со мной после оглушительного успеха Бала Наследия.

Mode de Vie в своем воскресном обзоре стиля назвал его «одним из самых изысканных балов в истории заведения», а значит, утром я проснулась с еще большим количеством сообщений в почтовом ящике.

Был только понедельник, а у меня уже было двадцать два новых запроса от клиентов, пять запросов на интервью и бесчисленные приглашения на балы, показы и частные вечеринки.

Слухи о проблемах Lau Jewels все еще ходили, но их было недостаточно, чтобы перевесить престиж проведения Бала Наследия.

Это было в равной степени захватывающе и утомительно.

Я открыла новое письмо от потенциального клиента, как раз когда столкнулась с другим покровителем. Кофе выплеснулся через край их открытой чашки на ботинки.

Ужас пронесся сквозь меня.

— Мне так жаль! — я подняла глаза, забыв об электронной почте. — Я не хотела... — мое извинение умерло быстро, когда мои глаза упали на знакомую голову с темными волосами и бронзовой кожей.

Мои губы остались приоткрытыми, но слова улетели на какой-то далекий остров на незапланированный отдых.

— Все в порядке, — легко сказал Данте. — Со всеми бывает. Это я виноват, что оставил свою чашку открытой, когда вокруг столько народу.

Я ошеломленно смотрела, как он взял со стойки крышку и накрыл ею свой кофе.

Была середина рабочего дня, но вместо костюма на нем были черные брюки и белая рубашка на пуговицах с закатанными рукавами. Галстука не было.

— Что ты здесь делаешь? — я нашла свой голос где-то между учащенным сердцебиением и сухостью в горле.

Это был второй раз, когда я задавала ему этот вопрос за два с лишним дня.