– Я тебе не рассказывала, поскольку…честно скажу, не считала нужным. В принципе, это ведь не касается тебя лично, поэтому… Ну, хорошо, хорошо. Только не дуйся, как маленький мальчик, – говорит Максим, видя, как собираюсь обидеться. В самом деле, мы с ней близки стали, а теперь какие-то тайны остаются? Их быть не должно! В отношениях или всё по-честному, или к черту их!

– В общем, у моей мамы есть сестра-близнец. Они родились в разницей в пять минут: Лидия Николаевна – это моя мать, и Светлана Николаевна, – её младшая сестра. Они похожи, как две капли воды. Если бы рядом поставить – не отличишь. Так вот, когда моя мама утонула, Светлана Николаевна – это она мне потом рассказывала – пришла к моему папаше и сказала, что готова выйти за него замуж, чтобы он не отправил меня в детский дом. Я ведь ему не родная, и он это, как ты помнишь, знал с самого начала. Альберт Романович согласился, поскольку мама ему очень нравилась, а тут, сам понимаешь, практически такое же всё: фигура, лицо. Разве что характер другой. У мамы он был более живой, Светлана – та спокойная, рассудительная. Если мама была эмоциональный человек, тётя Света – рациональный.

Максим закурила. Всегда, если волнуется, начинает травить себя табачным дымом. Да ещё сигареты у неё дорогущие. Мажорка, одно слово. Хотя теперь мне глубоко её жаль. Только не буду это показывать. Сильным личностям жалость претит.

– В общем, сыграло роль и ещё одно обстоятельство. Светлана втайне была влюблена в моего отчима. Она поняла это ещё на свадьбе моих родителей, и потом даже замуж ни за кого не выходила. Словно ждала свой шанс. Ты спросишь: откуда всё знаю? Так она сама рассказала, когда мне исполнилось двадцать. Конечно, я помнила, что она не моя мама, но постепенно стала так её называть. Ведь ты пойми: рядом человек абсолютно похожий. Даже голоса одинаковые. В общем, они поженились, я стала понемногу привыкать к тёте Свете, начала её считать своей матерью. Еще что спросишь?

– У матросов нет вопросов, – пробормотал я. Стыдно стало. Чего полез со своим интересом? Разбередил у человека душевную рану. Эх, не надо было! С другой стороны, сам же думаю про искренность в отношениях.

– Слушай, Максим, ты прости меня, что полез…

– Всё в порядке, Саша. Ты прав. Если двое людей встречаются, у них не должно быть друг от друга секретов, – ласково и тихо отвечает мажорка, и у меня в душе расцветают ромашки.

– А мы с тобой… встречаемся? – с придыханием спрашиваю, переводя разговор на другую тему.

– Да, – кивает Максим.

– Может, в каюту пойдем, погреемся? – спрашиваю с намёком.