Мы остановились у высоких металлических и довольно крепких (на легковушке не протаранишь) ворот, сбоку над которыми висели сразу две видеокамеры наружного наблюдения. Сэдэо, сидевший за рулем, остановил минивэн, Альберт Романович опустил стекло со своей стороны и немного высунулся:

– Эй, там! Открывайте!

Загремел затвор, открылась калитка в заборе. Оттуда вышел высокий плечистый мужчина в элегантном костюме, совсем не похожий на привратника. Неспешно подошел к окну, кивнул отчиму Максим и сказал густым басом:

– Здравствуйте, Альберт Романович. Кто с вами в машине?

– Два моих новых телохранителя и особый подарок для учредителей. Вон, сам посмотри, – оно отодвинулся, и охранник заглянул в салон. Нам с Кешей пришлось приторно улыбнуться. На лице охранника не отразилось ни единой эмоции. Наверное, перевидал всякого.

– Проезжайте, – сказал он и дал знак в видеокамеру. Тяжелые ворота плавно отъехали в сторону, минивэн оказался внутри большой площадки, выложенной плиткой. Нас никто не встречал, но и не препятствовал.

– Езжайте к дому, – сказал Альберт Романович дрожащим голосом. Опять на него, судя по всему, мандраж напал. Ничего, справится как-нибудь. Достал уже своими истериками. Но прежде, чем наш автомобиль поехал дальше, из салона спешно десантировались японцы и скользнули тенями к домику охраны, до которого было буквально метров пять. Они пробыли там минуты три, затем так же быстро вернулись. Горо кратко сообщил, что привратники нейтрализованы.

– Вы их что, убили?! – бледнея от ужаса, спросил Альберт Романович. Японец не счел нужным ему ответить. Мы, кстати, заранее договорились: по возможности обходиться без трупов. Так что привратники теперь лежали в глубоком беспамятстве и крепко связанные.

Пока мы ехали дальше, я удивлялся тому, насколько роскошной бывает жизнь у некоторых людей. Поместье «Пьяная малина» напоминало те старорусские помещичьи усадьбы, которые показывают в фильмах про XIX столетие. Беседки, бассейны, цветочные композиции, подстриженные кустарники и газоны, – ландшафтный дизайн был выполнен на очень высоком уровне, где каждый элемент сочетался с другим, и всё вместе являло пример аристократического пафоса. Бросалось в глаза буквально и шептало: смотрите, такое может себе позволить только весьма состоятельный господин.

Мы подъехали к главному дому, который я уже давно представлял себе, опираясь на план-схему. Только увиденное, конечно, впечатлило гораздо больше. Это был настоящий дворец в миниатюре, и хотя невысокий, всего лишь двухэтажный, но с таким количеством затейливой лепнины на фасаде, – я прежде такое видел разве что в архитектурных ансамблях Петергофа. Да и то на фотографиях и видео, поскольку самому там побывать ещё ни разу не пришлось.