Руслан размашистыми шагами подошел и снова сел рядом со мной, обдавая дорогим парфюмом с резким запахом. Я зажмурилась, чтобы не чихнуть.

— Вика, все хорошо?

Спросила Элла Викторовна.

— Да, да простите.

— Я и сама понимаю, что вам никто не выложит информацию на голубом блюдечке.

— Элла, я знаю что делать.

Перебил ее Фирсов с самодовольным лицом, поднимаясь с неудобного стула, расправляя плечи, демонстрируя перед нами чудеса гимнастики. А я еще больше сдвинула очки на нос и сильней сжала ручку, которая казалась, сейчас треснет на две части. Он направился в сторону выхода.

— И еще, Вика, через полчаса у меня в кабинете и захвати мне кофе с молоком.

Мои глаза расширились.

— Чуть не забыл и два сахара.

Сказал он и хлопнул за собой дверью. Я посмотрела на начальницу, она уже не смотрела в мою сторону, делая вид, что занята работой. Неприятный осадок душил меня изнутри, но другого выбора у меня не было. Я громко захлопнула блокнот и вышла из кабинета, до сих пор не веря во все происходящее.

— Вика, у тебя телефон разрывался.

Сказала, мне Марина, как только я появилась на горизонте нашего общего кабинета. Нет, этот кабинет был не только для нас двоих, тут нас находилось пять человек. Личные кабинеты были только у Эллы Викторовны и, конечно же, Фирсова.

— Простите, не поставила на беззвучный.

Прошептала я и взяла аппарат в руки, смотря на пропущенные звонки. Быстрым шагом вышла в коридор и перезвонила.

— Мама, ты звонила?

— Вика, желательно тебе брать трубку, когда я звоню. Ты же знаешь, что я всегда нервничаю, если ты сразу не отвечаешь. А мне нервничать категорически нельзя…

Я пропустила мамины претензии мимо ушей и продолжила слушать.

— Звонила Алиса и сказала, что завтра они приезжают на неделю.

Сестра звонила или приезжала только в случае крайней необходимости. Сейчас видимо и был этот случай.