Пустые бутылки звякнули под ногами, отлетели в сторону и Сашка, натянув спортивки и всунув ноги в шлёпки, поплёлся в душевую на этаже, логично размышляя о том, что торопиться уже некуда и лучше предстать на работе позже, но в виде нормального человека. В конце концов, гораздо приятнее быть свежим и гладковыбритым, во время того, как начальник смены будет иметь его в извращённой словесной форме.

Щёлкнув выключателем рядом с дверью душевой, мужчина прислонился лбом к синему глянцу стены и глаза моментально закрылись, в надежде подремать лишнюю минутку, пока армия усатых жителей санузла разбежится по щелям. Но упрямая ответственность погрозила трудовой книжкой с записью об увольнении, и рука распахнула дверь, вырвав тело из лап Морфея и бросив под нещадные струи контрастного душа.

Водные процедуры не только взбодрили, но и улучшили настроение, добавив оптимизма. В конце концов, положительный момент в позднем подъёме тоже был и не малый — Сашка был единственным претендентом на душ и в дверь никто не барабанил, взывая к совести.

Мужская общага, в которой он арендовал койко-место, была заполнена приезжими работягами и гудела ранним утром, как переполненный улей, в котором каждый «шмель» торопился отметиться в санузле, перед тем как расправить крылья и раствориться в трудовых буднях.

Бесконечные очереди в места общего пользования отбрасывали Сашку в воспоминания о детском доме, где прошло детство, и том времени, когда он, как и все курсанты, топтался около заветной двери туалета в казарме военного училища. И похожее ожидание, но спустя много лет, неизменно приводило к размышлениям о том, что с казённой жизнью он так и не свыкся, а попытка создать домашний уют провалилась с треском.

Но сегодня тоскливые мысли не успели развернуться в полной мере и мужчина, собравшийся и преисполненный хорошим настроением, спустился в холл первого этажа.

В нос ударили манящие ароматы из столовой и желудок недовольно забурчал, намекая на завтрак. Но Сашка сделал вид, что не заметил призывного рыка, включил на всю катушку обаяние и направился к пожилой женщине, которая сидела за полированным столом:

— Нина Витальевна! Вы, как всегда, само совершенство!

Комендантша улыбнулась и демонстративно отодвинула шоколадку, которую он положил перед ней на стол:

— Саш, всё равно придётся соседа пока потерпеть. Не могу я его сейчас выселить.

Но Сашка перегнулся через стол, сунул плитку в ящик и произнёс заговорщицки:

— Нина Витальевна, дорогая Вы моя! Конечно я потерплю. Но Ваши слова вселяют в меня надежду на то, что алкогольные пары из комнаты исчезнут раньше, чем у меня возникнет повторное желание прибить их обладателя. А шоколадка — это самое малое, чего достойна Ваша улыбка!