Женщина махнула рукой и рассмеялась:

— Ох и балабол ты, Сафронов! Хватит уже передо мной перья пушить. Иди лучше к Аллке зайди. Она мне про тебя все уши прожужжала.

Приветливая улыбка сползла с лица и он удивлённо кивнул на закрытую дверь парикмахерской, позади себя:

— Аллочка решила осчастливить нас своим присутствием?

— Да. Со вчерашнего дня опять здесь работает, —зашептала Нина Витальевна, иронично следя за реакцией мужчины. — Хватит конфузиться, Сафронов, иди хоть поздоровайся.

— Ниночка Витальевна, а Вы меня, никак сватаете? — Озорная улыбка скользнула по губам и Сашка выпрямился, покачав осуждающе головой, — Ах, как нехорошо! Я так рассчитывал на Вашу благосклонность! А Вы от преданного кавалера готовы так просто отказаться?

Женщина прыснула от смеха:

— Иди уже, кавалер! Ладно, скажу, что не видела тебя!

И Сашка, кивнув благодарно, вышел из общежития.

Улица встретила тишиной и спокойствием, присущими городской окраине. Серое небо, невзрачные просевшие сугробы и клубящаяся противная морось в воздухе могли испортить настроение кому угодно, но только не Сафронову. Потому что в его жизни бывало грязи и побольше той, что пробивалась собачьими подснежниками, сквозь растаявшее зимнее убранство.

Размышляя о бренности бытия, неожиданном появлении бывшей любовницы и том пердимокле, что запойный сосед по комнате устраивал последнюю неделю, мужчина дошёл до безлюдной остановки и с тоской посмотрел в начало оживлённой трассы. По закону подлости, автобуса не было. Легковые автомобили шумной вереницей мчались мимо и некоторые из них приветливо маячили шашечками такси. Но такой роскоши Сашка себе позволить не мог, ибо в кармане куртки позвякивала мелочь на проезд в автобусе и пару столовских беляшей, которые должны была заменить трёхразовое питание в предстоящие рабочие сутки.

Оставалась надежда на сигарету, что одиноко болталась в пачке, потому что по Вселенской заповеди, автобус всегда появлялся именно тогда, когда делалась первая затяжка.

Сигарету было жалко, но чем только ни пожертвуешь, ради призрачной надежды не потерять работу. Зажигалка щёлкнула кремнием, табак затлел, и струя дыма уже готова была вырваться из губ, но шутки Мироздания сегодня были несколько специфичными. Белая иномарка промчалась рядом с тротуаром, словно крейсер, разрезала грязную жижу, скопившуюся около бордюра и окатила брызгами мужскую фигуру.

—Да твою ж…! Гидразин тебе под хвост!

Сашка недоумённо развёл руками, выплюнул намокшую сигарету и зачем-то приметил номер, растворившийся в автомобильном потоке. Кажется, намёк был ясен и день уже не сулил ничего хорошего, но мужская логика рассудила здраво о том, что двадцать минут позора в автобусе – ничто, по сравнению с безработицей. Поэтому, размазав носовым платком грязь больше, чем отчистил, к пятиэтажному офисному зданию он подходил, как размалёванный спецназовец.