Я старалась ни с кем не пересекаться. Выходила поплавать и расслабиться только по ночам. Еду приносили прямо в домик три раза в день, но почти всегда забирали нетронутые подносы.

Я курила, много и сильно. Так много, что под конец дня голос начинал сипеть. Но это было до одного момента.

Один из постояльцев курил его сигареты, я почувствовала этот запах и поняла, что меня выворачивает. Выворачивает и от своих сигарет, и от запаха похожего на табак. И от всего, что связано с ним, поскольку мозг знал — его больше нет.

***

— Лина, — сказала мама в трубку телефона. — У меня плохие новости.

— Разве может быть что-то хуже? — сухо спросила я.

— Дарочки не стало. У неё не выдержало сердце.

— Хорошо. Я приеду.

Ещё одна часть меня. Ещё одна разбившиеся часть моей души. Я потеряла ещё одну дорогую частичку.

***

— Тебя не было год, — мы с мамой сидели на кухне, попивая горячий чай. — Что планируешь делать?

— Прятаться, — честно призналась я.

***

— Проходите, — пригласила меня девушка в комнату, когда я открыла дверь. Она обматывала стол плёнкой и не видела меня. — Я сейчас всё подготовлю, и мы приступим к процессу.

— Ты можешь так усиленно не обматывать тут всё. Я не боюсь заражения.

Она резко повернулась, шокировано посмотрев на меня своими синими холодными глазами. Его глазами.

— Не смотри не меня, — попросила её я, отворачивая голову в сторону, чтобы не пересекаться с синими глазами. — Я не могу так.