— Ай? Разве больно, Ёжик?

Ну да ему как раз лучше бы было больно, чем столь странные и непонятные ощущения. В подтверждение моих мыслей (и уверенности — всё же опыт достаточно богатый, и нечаянную боль умею не причинять), нижний помотал головой, но смотрел умоляюще и словно кричал всем напрягшимся телом: «Вытащи, вытащи это, пожалуйста!». Однако даже не пытался дёрнуться. И правильно. Во-первых, пальцы могу ведь и посильнее сжать, а не просто придерживая член, а во-вторых, страшная и опасная штука в другой моей руке может же и куда-нибудь не туда пойти, или вовсе травмировать. Всё это столь явно читалось на моське моего мальчика, что и говорить ничего не надо. Ну да обычная реакция: многие нижние мужчины и боятся, и желают таких ласк одновременно.

Я ухмыльнулась и медленно потащила стержень наружу, а когда внутри осталась последняя «бусина», снова надавила на другой конец девайса. Так и развлекалась. Вперёд, назад, вперёд, назад… Олежка довольно быстро привык и теперь прислушивался к своим ощущениям, но долго расслабляться я ему не позволила. Сначала увеличила скорость движений, погружая металл максимально глубоко из возможного. На этом этапе мой мальчик начал постанывать и даже пытался двигать бёдрами навстречу. Осторожненько так, с опаской.

Через несколько минут всё-таки вытащила игрушку совсем, но не успел Олежка облегчённо выдохнуть, как я взяла новую: чуть более толстую (буквально на миллиметр) и прямую, но зато на одном её конце красовалась овальная «бусинка» — пусть единственная, однако ещё на пару миллиметров толще, а на другом — своего рода эрекционное кольцо, которое можно закрепить под головкой. Вот тут глазки у моего солнышка стали идеально круглые и в них снова вкусно заплескался страх.

— Мммм…

Но я не обратила на его желание высказаться ни малейшего внимания. Просто обмакнула стержень в смазку и, не давая нижнему времени подготовиться, ввела суженный кончик в канал. В этот раз очень медленно и осторожно. Впрочем, как только Олежа почувствовал куда более сильное давление изнутри на драгоценный орган, тут же не выдержал.

— Ай! Нет, не надо, леди! Пожалуйста, пожалуйста!!! Не надо!!!

Погрузив «бусину» полностью в уретру, я прервалась и строго посмотрела на паникующего нижнего.

— Я разрешала говорить? Что за вопли? Тебе что, больно? — мой мальчик усиленно закивал головой. Вруша! — Ай-яй, Ёжик, как нехорошо… А если не врать?

Знаю, о чём говорю. Мало того, что я очень аккуратна, так и лубрикант подобрала тщательно: специальный, не только облегчающий скольжение, но и предотвращающий микротравмы за счёт более полного расслабления мышечных волокон стенки уретры (вернее, предназначено для влагалища, но мышцы-то и там, и там есть!), да ещё и стимулирующий возбуждение из-за повышения чувствительности. В общем, сказка, а не гель! И он мне тут будет говорить про боль. Пффф!