Я восхищалась его формой и в первую нашу совместную ночь и даже спустя десятки и даже сотни проведенных рядом с ним ночей — я по-прежнему не могу сдержать восторга. Какой он горячий, сильный и огромный! И весь мой и только мой — крышесносно! Особенно, когда мы снова начинаем целоваться. Ласкать друг друга везде, куда дотягиваются наши разгоряченные тела. Щупать, сминать, щипать и гладить…

Ренат прокладывает дорожку поцелуев к моей груди. Обхватывает губами сосок, втягивая в рот. Моя спина выгибается, а с губ срывается уже не просто стон. Крик наслаждения. Его язык проходится по ореоле, очерчивая влажный след. Я умираю!

Глаза закрываю, упираясь затылком в матрас. Ерзаю под ним, пытаясь устроиться так, чтобы хоть на мгновение заглушить ноющую боль между ног. Там уже мокро. Там уже горячо. Там уже все готово к бесцеремонному вторжению! Но Швец, словно в отместку за все мои прегрешения, к «основному» переходить не торопится.

Я обожаю прелюдии. Но черт возьми, сегодня я их ненавижу всем сердцем, телом и душой! Поэтому, когда Ренат снова повторяет свои манипуляции со вторым полушарием груди, мои ногти до боли впиваются в его спину:

— Ренат, пожалуйста…

— Что «пожалуйста», Вика? — ведет носом у меня за ухом, щекоча.

— Я хочу… — хнычу шепотом. — Очень хочу…

— Чего ты хочешь? — прикусывает мочку и двигает бедрами так, что его член упирается мне между ног. Трение его боксеров о мою нежную кожу — до искр из глаз!

— Тебя.

Швец повторяет свое движение бедрами. У меня по позвоночнику прокатываются микроразряды тока. Разрядка уже начинает подступать. Если так пойдет и дальше, мы до «основного» и не дойдем…

— Как ты хочешь? — от низких, слегка вибрирующих интонацией его голоса я уже готова взорваться в ослепительном оргазме.

Как я хочу?

— Сама! — выдыхаю, и сама от подобного решения офигев. Упираюсь ладонями в его плечи. Давлю со всей силы, укладывая парня на лопатки и перекатываясь, забираюсь на него верхом. Швец смеется. Я беру эту «игру» в собственные руки. Напросился!

Стягиваю с него трусы, освобождая колом стоящий член и тянусь к верхнему ящику тумбочки. Кажется, здесь у нас хранились презервативы? Точно.

Стаскиваю пакетик из фольги, разрываю упаковку зубами. Выразительно поглядывая на парня, предлагаю ему самому «зачехлиться». На что он отрицательно качает головой, коварно вздергивая уголок губ:

— Сама так сама. Все в твоих руках, Ясноглазая.

— Оке-ей.

У меня внутри все горит. Тело вата. Руки трясутся. Сердце в ауте! Но я на удивление быстро расправляюсь с презервативом, хоть и надеваю его сама впервые. Сползаю с бедер Красавчика, раскатывая латекс по стволу. Сглатываю скопившуюся во рту слюну от соблазнительного вида. Обещаю себе, что позже и до этого доберемся…