Неловко усмехнулась. Согласна. Появилась такая мысль. А что еще прикажете думать? Когда, казалось бы, простое дело оказывается не только не простым, но и витиевато — запутанным.

— Возникала, — тихо прошептала я, испытывая легкое неудобство. Вот сейчас он подумает, что я в нем усомнилась и что я ему не доверяю.

— Вы меня обижаете, Кира. Я не такой мерзавец, каким вы меня представляете. Что касается условий… Моя прямая помощь больше не возбраняется и не отрицает ваших знаний. Самой вам не разобраться. Согласны?

Задумалась. Интересное предложение. Хотелось бы начать бахвалиться и отказаться, но… нет, Воронцов прав — Ольга — слишком крупная рыба. А они умеют кусаться. Я же… пока я питаюсь червяками и не представляю опасности.

— Хорошо, — чуть замявшись, кивнула.

— Вы молодец, — ободряюще улыбнулся Кирилл. — Пока вы действовали вполне профессионально, за исключением некоторых моментов. Но Ольга — подруга Лины, а к разозленным девушкам я привык относиться с опаской. Мстительность — ваша отличительная черта. А женский ум позволяет придумывать весьма изощренную месть.

— Выяснили на собственном опыте? — усмехнулась я.

— Именно так, — отозвался Кирилл. — Вы не могли не читать статеек семилетней давности.

— Кирилл Романович, а можно вопрос? — несмело спросила я.

— Задавайте, — хмыкнул Воронцов. — Искренность и честность. Я помню.

— Что тогда произошло на самом деле? Неужели Кристина действительно решилась подставить вас, чтобы развлекаться с любовником?

Журналисты могли написать все, что угодно. Я не надеялась, что Кирилл ответит, и тем более бы не стала отрицательно реагировать на его отказ.

Но начальник усмехнулся и, заглушив все еще работающий двигатель, начал говорить.

— Тогда я был очень похож на вас. Молодой, совсем еще зеленый, только что закончивший университет. Я считал себя великолепным юристом. На то ведь были основания, как мне казалось. Семейное дело, преемственность поколений… Дурак. Рядом — прекрасная женщина, поддерживающая во всем, — Воронцов улыбался, но глаза его оставались серьезными.

Теперь я действительно убедилась в мысли, что Кирилл врал о своем отношении ко мне. Рассказывать о прошлом постельной девочке он бы не стал. И я бы не стала на его месте. А сейчас… неужели решился довериться? И для меня это значило многое. Не могло не значить. Поделиться своим прошлым, своей неудачей… своим позором — нелегко. Зная Воронцова, я была уверена — мало кто знает истинную историю. Непоколебимость и твердость — хорошие качества для мужчины, но Кирилл перебарщивал. И вот теперь еж Кирилл Романович Воронцов опустил колючки.