– Если тебя что-то не устраивает, ты должна обсудить это с Егором, а не со мной. – Бабушка запахнула полы пальто и поежилась. Но я сильно сомневалась, что Снежным Королевам бывает холодно в декабре. – Дженни, попробуй научиться договариваться с Егором, вам всю жизнь придется помогать друг другу и искать компромиссы. Теперь вы связаны браздами правления многомиллионного состояния, не забывай об этом.

Я развернулась и пошла к дому, впитывая скрип снега под ногами. Наверное, со стороны я выглядела, как сдавшаяся пылинка, смирившаяся с тем, что ветер всегда будет сильнее. Но внутри закипала буря. И я шла медленно, давая ей возможность подняться выше и превратиться в девятый вал. Мама, папа, Павел, Лиза… Егор планировал отнять у меня последнее, что осталось – Варю… А я не собиралась ее отдавать. Когда человеку терять нечего, он становится бессмертным. Хотя бы на пять минут.

Сапоги я поставила ровно, а вот куртку швырнула в кресло.

Дверь кабинета была распахнута, будто здесь давно ждали моего возвращения.

– Я не поеду в Питер. Я останусь здесь! – бросила я в лицо Егору, притормозив в метре от него.

Он стоял около окна лицом ко мне и смотрел спокойно, будто я и помехой-то не была на его пути.

– Дженни, я не собираюсь изображать Павла в те минуты, когда тебе будет этого хотеться, – улыбнулся он. – И я действительно волнуюсь за твой неокрепший мозг. Шляться по ночам – не лучшее занятие для девушки-подростка. Привыкнешь еще… – Улыбка Егора стала шире, а глаза недобро блеснули. Он него исходил жар. Если ненависть бывает горячей, то, наверное, именно она сейчас пылала в его сердце.

– Я бы никогда… Я бы никогда не перепутала тебя с Павлом! – закричала я и сжала кулаки так, что ногти впились в кожу. – Ты ничего не знаешь обо мне. Ничего! Тебе не известно, что для меня важно, а что нет. Тебе неведомо, кто является моим близким человеком, а кого я не желаю видеть. И ты не сможешь ответить ни на один вопрос обо мне! Слышишь?! – Голос летел к потолку, но я и не собиралась сдерживать волну гнева. Это было мое личное бессмертие. – Какую книгу я сейчас читаю? Почему я перекрасила волосы? Какое мое самое любимое украшение? Где я была по-настоящему счастлива? Тебя нет в моей жизни. Нет! И ты абсолютно мне не нужен со своими ненавистными решениями, я сама разберусь, где мне учиться и что мне делать!

– Ты ошибаешься, я знаю о тебе гораздо больше, чем тебе кажется, – ледяным тоном ответил Егор, и его глаза предостерегающе сузились.

– Нет, ты можешь лишь судить и обвинять. Да, я просила деньги у Павла. Всего один раз! Но вовсе не потому, что мне требовались дорогостоящие побрякушки или брендовая одежда. Я брала эти деньги на лечение Лизы, моей няни и самого доброго и заботливого человека на свете! А вчера я узнала, что она умерла. Умерла! Понимаешь ты или нет?! И они даже не сказали мне об этом… Они не позволили позаботиться о ней… А я бы все сделала сама… Я не простилась с Лизой, не сказала ей, как ее люблю… И вчера мне было страшно! Потому что я потеряла всех родных людей! Потому что – да! – мне всего шестнадцать лет! И я не поеду ни в Питер, ни на Северный полюс! У меня есть одна единственная подруга. И я не расстанусь с ней ни за что!