Никак.

Но отчаянно хотелось надеяться хотя бы на то, что получится сжать зубы и выдержать страх, и Егор не узнает о моей постыдной трусости.

Желто-солнечный чемодан с матовой серебряной ручкой с удовольствием проглотил вещи и вжикнул молнией. Я помолилась и направилась к двери.

Наши кресла были настолько удобные, что казалось, в них можно утонуть. Бархатная обивка и закругленные подлокотники. Егор пропустил меня к окну, но, честно говоря, я бы лучше села с краю… Вид облаков непременно разорвет душу на части, а сумею ли я потом собрать эти растрепанные лоскутки?

– Давай уберу сумку, – предложил Егор.

– Нет, не надо, – мотнула я головой, вцепившись в нее еще крепче. – Она маленькая, не мешает.

Во внутреннем кармане сумки лежал и стерег мою жизнь чертополох…

До взлета я чувствовала себя более-менее, Егор листал журнал и не обращал на меня внимание. Что радовало. Но потом щелкнули ремни безопасности, загудели двигатели, и у меня начали неметь ноги, а во рту пересохло. Я даже не поняла, какой леденец отправила за щеку – сладкий или кислый. А затем я услышала скрежет металла…

Нет, это был хруст леденца. Я его отчаянно разгрызла.

Мне требовалась хоть какая-то поддержка, и когда самолет стал набирать скорость, я повернулась к Егору и глупо спросила:

– Мы не погибнем?

– Нет.

– Почему?

– Ангелы и демоны не погибают, – ответил он с улыбкой.

Несколько секунд потребовалось, чтобы сообразить, кого и кем он считает, а потом я захлебнулась страхом и закрыла глаза. Лицо точно стало белым, вернее каменным. Самолет оторвался от земли и полетел.

Паника не имеет высоты, ширины или глубины. Она бесконечна и бесполезно пытаться ее победить. Во всяком случае самостоятельно. У меня было ощущение, будто кости начинают плавиться, а в кожу впиваются острые иголки. Тошнота то приближалась, то отдалялась, а сердце ныло и просило пощады…

– Дженни… Что с тобой? Посмотри на меня. – раздался резкий голос Егора, и я открыла глаза. Но увидела лишь расплывающееся пятно. – Тебе холодно? У тебя что-то болит?

Челюсть превратилась в кирпич, и я ответила не сразу. Взгляд наконец-то начал фокусировался, и это было уже хорошо…

– Нет, не холодно…

Егор сжал мои пальцы и выдохнул: